Персональный сайт Натальи Чистяковой — Натальи Ярославовой
Natalia Chistiakova—Natalia Yaroslavova’s Personal Website

Рыцарский культ Плачущих Богородиц и Плачущих Ярославн: Филермская икона «Мальтийского креста», Казанская и Огневидная Богоматери (Ч.2)

    • Министр культуры А.С.Соколов на фоне «Богородицы без младенца», Казанского Собора
    • Богородица «без младенца», с книжкой на Царских вратах Казанского Собора, В.Л. Боровиковский
    • Мария Магдалина с книжкой, Эль Греко
    • Мати Украинская Ярославна, с книжкой
    • Казанская Каплуновская Богородица - ей молился Петр I перед Полтавской битвой
    • Святая Екатерина, национальный музей, Краков
    • Икона Покрова Божией матери. Покров, как «Луна» Виленской Богородицы
    • Виленская Остробрамская Богородица, с луной и солнцем
    • Икона Неувядаемый цвет, православной церкви свв. Архангелов в Сараево, katolikforum.ru
    • Икона Неувядаемый цвет, с луной и солнцем. Дубровицы, Знаменский храм, katolikforum.ru
    • Богородица с розой и колосом, Греция, katolikforum.ru
    • Захоронение Михаила Кутузова в Казанском Соборе

© Наталья Чистякова-Ярославова
14.10.2011 года, Санкт-Петербург

Продолжение разговора о Плачущих Богородицах и Прародительницах, которые спасали Константинополь, Россию, роды и народы я начну с Казанской иконы Божией матери, рассказом о «Неопалимой» истории которой завершила первую главу.

Я думаю, это будет правильно ещё и потому, что эта икона связана именно с Петербургом и с Казанским Собором города Петра, которому на днях исполнилось 200 лет. Причем, когда ещёсовсемнедавно я писала о храме «Казанской иконы Божией матери», построенном в Оптиной пустыни при участии Е.С. Сабуровой из рода потомков мурзы Чета - Великого Захария, то двигали мною отнюдь не приближающиеся юбилейные события, репортажи о которых я тогда не видела.

Просто 21-22 сентября в день Рождества Богородицы, я поняла, что дальше уже нельзя отодвигать работу над материалом о роли именно Казанской Богородицы, в истории, в том числе, и нашего рода. И по описанным причинам, в этот праздничный день я «сложила» все главные сюжеты, известные мне, в статье: «Ярославичи и Арслановичи, как ключ к пониманию тайны Казанской Богоматери и истории Рязанских князей «Московского княжеского Дома».

Юбилейные же мероприятия, посвященные празднованию 200-летия Казанского Собора в Петербурге начались буквально через три дня после названной публикации и, естественно, как и многие другие жители и гости города Петра, я тоже посетила его в последние сентябрьские дни.

Мало кто, заходя в этот Казанский Собор города Петра, думает о том, что в нем похоронен потомок мурзы Чета - Великого Захарии - маршал Михаил Кутузов.

Но я увидела, в первую очередь, это. А также вспомнила одновременно и о том, что в аристократической, рюриковской Сергиевой пустыни Санкт-Петербурга есть дубок, посвященный Кутузову («Тайна Табакерки раскрыта: фамилия «её Высокородия» Ф.С.Ярославовой - Брянчанинова!»).

Мне нравится в этом Казанском Соборе, отмеченном символами Преображения, икона Покрова Божией матери и икона Марии Магдалины в рост.

Но в юбилейных изданиях, посвященных 200-летию Собора, я увидела на фотографии ещё одну икону.

Подпись под этой фотографией следующая :«Министр культуры А.С. Соколов передает икону «Рождество Пресвятой Богородицы» Казанскому Собору («Ярославовы - Соколовы: таинственная могила князя Василия, кресты тамплиеров на изразцах и герб Лелива…»).

При этом на фотографии А.С. Соколов стоит на фоне … Богородицы «без младенца», руки которой скрещены на груди, точно так же, как у ВиленскойОстробрамской Божией матери ! И лик, как и у Виленской Богородицы, повернут - влево.

Обратила внимание на дату описываемого события, дарения иконы - 12 июля 2006 года - день апостолов Петра и Павла, и день города Петергофа.

Получается, что ровно через два года после этого дара А.С.Соколова Казанскому Собору, т.е. 12 июля 2008 года, я « в лобовую столкнулась» с Крестным ходом, впереди которого несли образ «Богородицы в белом»… Как позже выяснилось, это была не Богородица, а Великая княгиня Елизавета Федоровна Романова - председатель Императорского Православного Палестинского Общества. Но вот благодаря этой «ошибке», история которой описана в первой главе, я и начала свой поиск «Богородицы без младенца в Белом».

И так случилось, что встретилась мне, искомая мною « Богородица в Белом, с руками, скрещенными как у ВиленскойОстробрамской Божией матери» - в Казанском Соборе Санкт-Петербурга.

Речь идет не о той иконе, которую подарил А.С. Соколов Казанскому Собору, а об изображении Мадонны, на фоне которой его сфотографировали в момент этого дарения. В обычные дни к Царским воротам подойти трудно. Там огромная очередь паломников, желающих поклониться главной иконе « Казанской Божией матери с младенцем». Но вот во время торжественного события передачи дара Министерства культуры Казанскому Собору объектив фотографа взял крупным планом на Царских вратах именно этот образ Пресвятой Девы, который считают наиболее близким к Филермской Божией матери- Святыне «Мальтийского Креста». Как я понимаю, именно к этому образу относятся следующие слова: «Ближе всего чудотворная икона стоит к Казанской Одигитрии, если точнее, - к ее списку, находящемуся в Казанском соборе Санкт-Петербурга. Это так же погрудное изображение Божией Матери, но без Младенца. («Филермскаякиона Божией матери»).

Это изображение было сохранено в иконостасе Царских ворот Казанского Собора во время его восстановления. «В 1833 году Николай I повелел выполнить новый иконостас из серебра, «отбитого в 1812 году у неприятеля донскими войсками на сие им пожертвованным». Т.е. на этот иконостас пошло серебро, которое было отбито у войск Наполеона. Новый иконостас создавал архитектор К.А.Тон, один из последних учеников Воронихина. В Иконостасе были сохранены образы кисти знаменитого мастера русского портрета В.Л.Боровиковского. Это черниговский казак, друг Н.А.Львова - архитектора Приоратского дворца в Гатчине, а также Г.Р. Державина, который немало помог в одном сложном деле Н.Ярославову - мужу А.Н. Ярославовой (Аксаковой) - дочери Ярославского губернатора («Почему Ярославовых при Павле I защищал Мальтийский крест (Орден св. Иоанна Иерусалимского)?»). Похоронен В.Л.Боровиковский был в церкви Смоленской иконы Божией матери Смоленского кладбища Петербурга, в оформлении которой он участвовал при жизни, также как и в оформлении Казанского Собора. Почему он выбрал, и «связал своею судьбой», именно Казанский и Смоленский образы, с моей точки зрения, - вопрос, подлежащий отдельному изучению.

Две круглые иконы этого иконостаса Царских ворот Казанского собора, созданные В.Л. Боровиковским,посвящены «Благовещению». При этом, на одной изображен Архангел Гавриил, а на другой - «Пресвятая Дева» ( на правой дверке врат, см. иллюстрацию юбилейного издания под редакцией Павла Красноцветова).

Т.е. Богородица Казанского Собора без младенца - Пресвятая Дева в момент Благовещения. При этом она изображена с книжкой ! Также как изображают обычно Марию Магдалину - книжницу. Также, с книжками, изображали и Ярославен, в частности, «Мати Украинскую Ярославну» («Виленская Богородица с Луной и Солнцем и «Великая королева» Мишеля де Нотр Дам»).

В данном случае, это первое изображение Богородицы с книжкой, которое мне встретилось.

Что касается момента весеннего Благовещения, то ведь и Виленский Образ, почитают как Благовещенский, на чтоя обращала внимание в первой главе. Полагают, что Мария изображена на Виленской иконе в тот момент, когда она узнала благую весть о том, что родит непорочно зачатого сына.

Интересно, что и первая деревянная церковь усадьбы «Нероново» Марии Михайловны Ярославовой (Черевиной) тоже была Благовещенской. Причем, построена она была - до каменной церкви Александра Невского от 1790 года, основанной Павлом Ивановичем Черевиным - мужем Марии Ярославовой, Солигаличским уездным (Костромская губерния) предводителем дворянства в 1782 году (Петр Иванович Черевин, 1733-1813).

Получается, что Благовещенские иконы и Благовещенские церкви можно воспринимать, как напоминание о священной природе «Невинного зачатия», а также о «Неопалимой Купине» и, отчасти, о Святом пророке Илии.

Возможно, как раз по причине невредимости в огне Казанской иконы Божией матери и её близости к образу Филермской Божией матери - святыне «Мальтийского креста», в 1812 году М.И. Кутузов, сразу после назначения главнокомандующим, поехал в Казанский собор.

«Он молился у иконы Казанской и просил благословения у Божией Матери на подвиг, на борьбу с врагами Отчизны. И снова Божия Матерь не оставила чад своих, защитила страну Российскую от нашествия. 22 октября (4 ноября), в день празднования Казанской иконы Божией Матери, русские войска под предводительством Милорадовича и Платона разбили арьергард Даву. Это была первая победа русского оружия в Отечественной войне…»

Казанский собор в Петербурге стал храмом - памятником русской славы в Отечественной войне 1812 года. М.И.Кутузов,согласно его завещания, был похоронен в Казанском Соборе. А перед самим собором стоят скульптурные изображения полководцев Михаила Кутузова и Барклая де Толли.

Если же вернуться к началу этой истории, объединившей судьбу Казанской иконы Божией матери и города Петра, то надо сказать, что сам Казанский образ появился в Петербурге в 1710 году. «По повелению императора Петра Iсписок с Казанской иконы был перенесен из Москвы в Санкт-Петербург и поставлен в центре новой столицы на Петербургской стороне Посадной улицы старого Гостиного двора в деревянной часовне.

Познакомил же Петра Ic Казанским образом Святитель Воронежский Митрофан.

«В 1682 году император построил дворец и послал за святителем Митрофаном, чтобы тот приехали освятил дворец. Святитель ничего не ответил и не приехал. Император разгневался и второй раз послал за Митрофаном. Снова никакого ответа. Петр в третий раз посылает гонца со словами. «Скажите этому черноризцу, что если он немедленно не приедет ко мне, то я прикажу привезти его голову на блюде, как главу Иоанна Предтечи».

Святой Митрофан ответил на это так: «Передайте этому безбожному царю, что моя голова останется цела, а свою голову государь скоро сложит, если не возьмет себе в помощницы заступницу усердную - Матерь Божию. А дворец я приеду освятить только после того, как из него удалят статуи языческих богов».

Когда Петру передали эти слова, он сразу приехал к святителю. Император встал на колени перед ним и просил прощения и святых молитв о себе, стране, народе.

Святитель Митрофан сказал тогда: «Возьми икону Казанской Божией Матери - и она поможет тебе победить злого врага. Потом ты перенесешь эту икону в новую столицу. Ты хотел освятить дворец здесь - я сделаю это, если ты удалишь из него идолов. Но он тебе не понадобится. Ты будешь жить в других дворцах, на Севере, и воздвигнешь новую столицу, великий город в честь святого Петра. Бог благословляет тебя на это.

Казанская икона станет покровом города и всего народа твоего. До тех пор, пока икона будет в столице и перед нею будут молиться православные, в город не ступит вражеская нога».

Как видим, здесь в первый раз Святитель Митрофан сказал главное слово - Покров. Т.е. он рассуждал о Казанской иконе Божией матери, как об иконе Покрова.

Однажды, глядя на одну из икон Покрова Богородицы, я обратила внимание на то, что Покров в руках Богоматери провисает подобно полумесяцу, изображенному и на иконе ВиленскойОстробрамской Божией Матери. Т.е. вот эта Луна - Острая Брама, расположенная как чаша, острыми концами вверх, одновременно похожа на элемент Покрова Богородицы.

И вот этот самый потенциал - главного Покрова Петербурга и «народа императора Петра» увидел святитель Митрофан в Казанской иконе Божией матери. При этом весьма интересно : кого он подразумевал, когда говорил императору Петру - «твоего народа» ? Вероятно, всех граждан Российской империи.

Все слова святителя сбылись. В 1709 году Петр со всем воинством всю ночь молился перед Полтавской битвой о даровании победы у Казанской Божией Матери, так называемой «Каплуновской» («Казанская Божья Матерь

- благословение России и Петербургу», протоиерей Василий Швец)

А 7 июля 2009 года, в честь 300-летия Полтавской битвы Петра I, Казанская икона Божией матери «Каплуновская», явленная в «лебединой» Харьковской губернии, была доставлена в город Петра. Она стала главной иконой «Царского крестного хода», который начался все в тот же день 12 июля из Петропавловской крепости. Затем были Кронштадт, Ораниенбаум, Петродворец, Красное Село и далее - к Царскому Селу. Молитвенное шествие увенчалось Божественной литургией в Феодоровском Государевом соборе в ночь убиения святой царской семьи с 16 на 17 июля.

(«В Санкт-Петербург будет принесена икона Каплуновской Божией матери»).

Таким образом, если Великий князь Дмитрии Донской обращался к защите Владимирской иконы Божией матери, то Петр I - к Казанской иконе Божией матери

Есть вопрос: Почему?

Возможно потому, что Казанский образ появился уже после жизни Дмитрия Донского в XVI веке и Дмитрий Донской не мог обратиться к его защите.

К защите Филермской иконы Божией матери - Градозащитнице и Оборонительнице Константинополя,не могли обратиться ни Дмитрий Донской, ни Петр I, потому что она хранилась у Рыцарей Мальтийского Креста, в частности, вгоды жизни и Великого князя Дмитрия Донского, и императора Петра I.

Т.е. на Руси в то время можно было выбирать между Владимирским, Смоленским, Федоровским и Казанским образом Божией матери.

Святитель Воронежский Митрофан указал Петру I на Казанскую Богоматерь.

И вновь вопрос: Почему? Потому что она «Неопалимая», т.е. та самая «оборонительница»?

Либо это было связано с тем, что император Петр I, также как маршал Михаил Кутузов, относился к потомкам мурзы Чета - Великого Захарии?

Во всяком случае, тот след, который оставил император Петр, явно указывает на Плодородие, характерное для следа мурзы Чета и его внука Дмитрия Зерно…

Через 12 лет после того, как ПетрI приказал перенести Казанский образ из Москвы в Санкт- Петербург, в часовню около Гостиного двора, т.е. в 1721 году, этот Казанский образ был вновь перенесен, теперь уже. в Троицкий собор Александро-Невской лавры.

В 1737 году в день освящения нового храма Рождества Богородицы на Невском проспекте, на месте, где ныне Казанский собор, икона была перенесена в него и украшена золотой ризой с драгоценными камнями императрицей Анной Иоанновной.

В 1800 году архитектору Воронихину было поручено сооружение Казанского собора на Невском проспекте - чтобы поместить в нем прославленную икону («Казанская БожьяМатерь - благословение России и Петербургу, протоиерей Василий Швец»).

Поскольку я жила в этом районе около полугода, в частности, на Мойке 14, (б. дом декабристаИ.И.Пущина) с его мемориальной табличкой о том, что - «В этом доме жил декабрист Иван Иванович Пущин, у которого в 1823-1825 годах проходили совещания членов Северногообщества», то знаю, что многие жители города Петра, даже тогда, когда утром спешат на работу, на несколько секунд замирают перед Казанским Собором и освещают себя крестом.

Для меня, как для человека, прожившего 30 лет в нефтяной столице - городе Тюмени, наблюдать все это было очень необычно. Хотя я, быть может, более чем другие была готова к такой набожности, поскольку один их моих последних руководителей в Тюмени считался самым большим фанатиком Православия. Никакого навязывания религиозности с его стороны не было. Но когда общаешься долго с человеком, начинаешь задаваться вопросами о том, на чем основана его вера. Почему он выбрал именно Казанскую икону и Дмитрия Донского ? Я, кстати, одно время была не согласна с ним внутренне в том, что он инициировал строительство храма Дмитрия Донского в Тюмени там, где нет поблизости водоема, приблизив его к памятнику воинам - афганцам. Но сейчас, когда узнала о культе воинов -святых, то как-то иначе посмотрела на эту связь : Дмитрий Донской и воины -афганцы. Хотя быть может, и памятник воинам - афганцам надо было строить около воды.

То, что я описываю в Тюмени, наверное, было какой-то важной для меня преамбулой к тому, как я стала воспринимать город Петра и Казанский Собор.

Дело в том, что с Казанским Собором Санкт-Петербурга у меня связано две необычные истории. Одну из них я расскажу отчасти.

У меня была дискуссия с одной дамой об имени Екатерина, которым она хотела назвать свою будущую дочь. Я не была уверена в этом имени и приводила свои доводы. Было это год назад,в предновогоднее Рождество, и мы с ней, обсуждая эту тему, зашли в Казанский Собор. В этот день в Соборе было столь людно, что невозможно было даже поставить свечи. Нам пришлось долго искать свободный подсвечник и, наконец, когда мы нашли его, то я невольно сказала:

«И к кому же ты нас привела, Казанская икона Божией матери?». В этот момент стало ясно, что этот поиск свободного подсвечника, привел нас к иконе Святой Екатерины Александрийской и Синайской, на которой она изображена в царской короне. Т.е. случилось так, что описанным путешествием по Казанскому Собору в поисках свободного подсвечника, как раз и разрешился наш диалог о том: Называть ли будущую дочь Екатериной или нет ?

После этой истории, каждый раз вспоминая Казанскую икону Божией матери, я одновременно вспоминаю и Святую Екатерину Александрийскую. Иногда её имя пишут Катарина, что напоминает Катар… Кстати, именно близко к этому писал имя Катарина А.Т.Ярославов в его «Дневниковых записках». Свое удивление тем фактом, что А.Т.Ярославов уделял особое внимание имени Катерина, я специально выделила в описании этих Дневников, поскольку не заметить этого было невозможно. Объяснила это тем, что мать А.Т.Ярославова была урожденная Катерина Волкова и супругу сына тоже завали Екатерина («Родословие Ярославовых-Волковых. Палаты Волковых-Юсуповых, Соколиный дворец и современная дипломатия…»).

Екатериной, к томуже, была его племянница - дочь двоюродного брата Михаила Ивановича Ярославова и родная сестра Марии Михайловны ЯрославовойЧеревиной. Сама Екатерина Михайловна Ярославова почему -то единственная из дочерей Михаила Ивановича Ярославова не вышла замуж, что педантично отметил А.Т. Ярославов в своих «дневниковых записках». Он, в частности, писал так :

«Стр 3029 /99. Катерина Николаевна Бердяева (внучка моя), КатеринаМихайловнаЯрославова - племянница моя, девица. Екатерина Федоровна Резанова(206-74 Катерина Григорьевна Резанова ?)»

Размышляя «о Неопалимой» Казанской иконе и Катеринах, я вспомнила ещё один важный факт, имеющий отношение к этому контексту «невредимости в пожаре».

Во время войны 1812 года сгорела почти вся Москва, в том числе, и дома на любимой улице царей и масонов - Мясницкой. Целым оказался практически единственный в Москве особняк - и это был особняк Катерины Александровны Ярославовой. Могу предположить, что как раз эта «Неопалимость» и стала тем мотивом, по которому Сталин выбрал «Особняк Ярославовой» для своей ставки главнокомандующего, уже во время Великой Отечественной Войны.

Ведь если « Оборонительные чудеса» редких икон Божией матери связаны с тем огнем, который сумел вызвать пророк Илия на горе Кармель и с Неопалимостью Купины на горе Катарины в Синае, то получается, что сам факт невредимости в пожаре, как раз, и является указанием на описываемый мною редкий феномен Заступничества и Обороны от врага («Яр-Суздаль и Яр-Москва, «Яр-крыша» Донского и ставка Сталина в «особняке Ярославовой»).

Я думаю, что к этой истории имеет отношение и история с церковью Березовской Чудотворной иконы Николы Закамского - ближайшего аналога образа Николы Тульского, рядом с церковью которого в Казани и была обретена Казанская Богородица на пепелище, после пожара. Причем, в контексте, мистического ряда : «Казанская Богородица - Святая Екатерина», напомню о том, что первый храм в селе Березовка на Каме, где отметился Иона Пошехонец, изначально назывался «Храмом Святой Троицы, Николы и святой Екатерины». А Крестный ход, с иконой Николы Закамского восстановленный спустя ровно сто лет, получил название Казанского. Причем во время этого крестного хода одновременно несут две иконы: Николы Закамского и Великой княгини Елизаветы Федоровны.

Этот исторический пример уже описывался мною в статье: «Взгляд с башни «Магдала».

«Понятно, что не вслед за тайнами шаманов и чуди сюда приезжала Великая княгиня Елизавета Федоровна Романова. А за тем, что шло, к примеру, вслед за «Нюнбергской немецкой Библией»… А также за Святой Екатериной Синайской.

Ведь самым внушительным зданием в Магдебурге является Протестантский Собор Святых Екатерины и Мориса… И Елизавета Федоровна прибыла сюда для паломничества 22 июля по новому стилю, а это - день … когда была резня в крепости Монсегюр,из которой спасали Чашу Грааля. («Перевернутые пятиконечные звезды Франции и России, как знаки «особого рода Божией матери»)

Т.е. если расставить точки над «и», то это Екатерине I и Екатерине II в православии давали имя в честь Святой Екатерины Синайской и Александрийской, а не наоборот. Причем Великая русская императрица превратилась в Екатерину IIиз Софии, каковой была от рождения. Поэтому Екатеринбург, по большому счету, тоже город Святой Екатерины».

Когда я в последний раз была в Казанском Соборе, то обратила внимание, что недалеко от иконы Святой Екатерины находится икона Великомученицы Елизаветы Федоровны и Ермогена - патриарха московского и Всея Руси, при участии которого и была обретена Казанская икона Божией Матери. Ермоген также известен обращением к патриарху Иову о специальном дне поминания воинов, погибших в боях. В 1592 г. по просьбе СвятителяЕрмогена « о необходимости поминовения православных воинов, жизнь положивших за веру и Отечество под Казанью», направленной Патриарху Иову, был установлен определенный день их памяти, ограниченный в Казанских пределах» («Ипатьевские тайны: Князья и Императоры Дмитрии Угличские и Великие князья Красные, Ч.8»)

Т.е. именно митрополит Казанский Ермоген, вследствие своей великой начитанности, понимал, что культ воинов-святых является единым с культом Богоматери - Градозащитницы и Оборонительницы, каковой и была Казанская икона Божией Матери.

Побывав недавно на выставке «Искусство Византии IV-XVвеков», в Эрмитаже я получила дополнительное подтверждение существования этого культа. В частности, в иконах : «Святые воины Георгий, Федор и Димитрий» ( Афон 11-12 век, икона передана Петром Севастьяновым ), «Святой Димитрий на коне» (Фессалоники, 1204, кол. Р.Мартина), Святой Федор Драконоборец (13 век, кол. А.П.Базилевского, Париж), «Апостол Филипп, Святой Федор Стратилат и Димитрий».

А Стратилат ли ? Почему-то нигде не вижу Святого Федора Тирона. А ведь его культ кратно превосходил культ Федора Стратилата… Показательный пример такой «ошибки-замены» - подпись Федор Стратилат, под имеющимся в сети изображением Федора Драконоборца. Но по житию, самым известным Драконоборцем был Федор Тирон, мать которого была украдена Змеем-Драконом.

Таким образом, именно культ Казанской иконы оказался наиболее близким к культу воинов Святых, как минимум, по той причине, что день поминания воинов, погибших при взятии Казани, был установлен локально в этих волго-камских землях.

Последние следы этого культа Воинов-христиан были отмечены мае 1915 г., когда «в единственном селе Уфимской губернии - Печёнкине, состоялось редкое событие: недалеко от церкви на возвышенной площадке по-над Белою-рекой под пение национальных гимнов и молитв «о даровании победы христолюбивому русскому воинству и всем православным христианам» была торжественно заложена часовня в увековечение памяти воинов текущей войны, борцам и защитникам Родины» («Христовоздвиженская церковь, с. Печенкино»).

Сюжет этот открылся мне в рамках моих родовых исследований.

В этом селе Печенкин, а его название звучит именно так, родился мой дед Роман Васильевич Ярославов («Ярославовы, башкирская ветка: Белое озеро, Урал, Тюмень, Санкт-Петербург, Франция»)

Само село получило название от фамилии Печенкин - партнера В.В.Мартинсона по компании «А.А. Печенкина и Ко», которая изначально была создана в Казани, но потом получила распространение во всей России. Сыном этой Анастасии Афанасьевны Печенкиной был Василий Иванович Заусайлов, внук городского головы Казани, старообрядца В.Я.Заусайлова, Почетный гражданин города Казани и гласный казанской Думы, известный своими археологическими исследованиями.

При участии В.И. Заусайлова был организован в Казани, в 1877 году IV Археологический съезд и в 1878 году при университете было создано Общество археологии, истории и этнографии (ОАИЭ).

Коллекция В.И.Заусайлова при продаже в 1909 году насчитывала 11 тысяч экземпляров. Его интересовала территория Волги, Камы и Темрюка, т.е. Крымского и Казанского ханства. Особое внимание В.И.Заусайлов уделял Савиновским стоянкам IV-V тыс. до н.э.,. Именно в Савиново Заусайлов нашел знаменитое каменное копье - один из самых ценных экспонатов его коллекции. Сейчас оно находится в Хельсинки. Краеведы Казани обращались даже в Финское консульство в Петербурге с просьбой узнать о судьбе Савиновского копья, но ответа не получили («Душа Заусайлова живет в Савиново»).

Информации об этом «Заусайловском копье» не так уж много. Но мне вспомнилась в связи с этим история другого знаменитого копья.

В частности, «Отто Ран проводил исследования в гроте Сабарт к югу от Монсегюра и гроте Ломбрив, который местные жители зовут «Собор». «Грот, в который ведет подземный ход от Монсегюра, в глубине горы расширялся и вел в зал высотой около 80 метров. Именно в нем хранили катары Грааль…» Отто Ран обнаружил зал, стены которого были покрыты символами и эмблемами катаров. Один интригующий образ, высеченный на каменной стене зала, представлял собой изображение копья - копья Лонгина. Ран не только обнаружил под Мосегюром подземный зал, но нашел в зале древние рукописи. Многие считают также, что Рану удалось увидеть Грааль. Впоследствии Ран работал … был принят в качестве гражданского лица в бюро СС по изучению наследия предков «Аненэрбе» («Ahnenerbe»). Но Отто Ран считал, что Германия, а затем и Европа должны быть преобразованы в сообщество «чистых катаров». Ран отвергал идею войны…» («Катары»)

Т.е. Отто Ран отвергал войну, также как Федор Тирон, который сжег Храм Кибеллы и отказался приносить жертву Богу Войны. Считается,что именно по этой причине ученый покончил жизнь самоубийством, после того, как Гитлер начал войну.

Поскольку В.И.Заусайлов был большим знатоком истории, то нельзя не обратить внимание на то, что он, по какой-то причине, считал важным сохранить память о церкви «Живоносный источник Божьей Матери» в Савиново. С его именем связывают картину «Деревянная церковь села Савиново», подаренную городскому музею. Причем эта картина выставлялась на Казанской научно-промышленной выставке 1890 года под название «Вид старинной церкви села Царицыно». Вкратком же указателе 1900 года сообщается, что это картина Ф.Травкина - «Деревянная церковь села Савиново», дар В.И.Заусайлова музею Казани. Существует также сборник конца XIX - начала XX века, в котором имеется подробнейшее описание не только здания древней церкви, но чудодейственной иконы «Живоносный источник Божьей матери». В конце компетентной статьи стоит подпись некоего Н.Печенкина. Казанские исследователи предполагают, что Н.Печенкин - это либо псевдоним В.И.Заусайлова, либо имя брата, от второго брака его матери.

Вот такое необычное сочетание получилось. С одной стороны - икона «Живоносный источник Божией Матери», с другой стороны - фамилия Печенкин, напоминающая о том самом - Пожаре, который не страшен только для «Неопалимых».

Есть несколько статей по истории этой фамилии Печенкин. В частности в «Словаре уральских фамилий А.Г. Мосина» говорится:«Печенка - «что-либо печеное, изготовленное на углях, в горячей золе, в вольном духу печи»; новг., арх.«печеная репа»; вят.«печеная рыба»; «запекшаяся кровь, сверток крови, ком или гуща».

Т.е. фамилию связывают или с главным кроветворным органом человека, или с темнокожим морщинистым человеком, или с тем, что прошло через огонь.

Географически носители этой фамилии связаны с Катайским острогом. У Веселовского есть упоминание о «Крестьянинепог.Зырянка на р.Зырянке Филька Микитин сын Печенка, 1623» (Полякова).В 1822 г. особенно много Печенкиных проживало вс.Курьинском.Фамилия широко распространена в Сухоложском р-не, встречается в Богдановичском, Далматовском, Каменском, Камышловском, Талицком р-нах, в Екатеринбурге … Упоминается также и Вкладчик Далматовского монастыря житель Арамильской сл. Федор Печенкин, 1702 г.

Уделяю внимание этой истории Печенкиных по той причине, что Великий князь Сергей Александрович Романов был Почетным членом Московского археологического общества и сам лично занимался археологическими раскопками. Поскольку он был знаком с Тютчевыми и Аксаковыми, то его археологический интерес к маленькому селу Николо-Березовка - напротив огромного острова на реке Кама, появившемуся ровно в том самом 1551 году, когда рыцарям Ордена Святого Иоанна Иерусалимского пришлось покинуть город Триполи в Ливии, мог быть связан именно с археологией, а также - общением князя с В.И.Заусайловым из купеческого клана Печенкиных.

На этот 1551 год я обращала внимание в статье: «Масонская табакерка Ярославовой - Брянчаниновой, Академия Наук Петра I, Дубровицы и Архангельское», Ч.7:

«Начну с загадки 1551 и 1552 годов, в которых были отмечены странные «переезды» Николы Можайского на Волгу и Каму, а также появление фресок коптских христиан в Свияжской крепости, с изображениями, напоминающими египетского бога Анубиса. Загадку эту не разрешить, если не вписать происходившее, в те годы, в общемировой контекст событий.

И главное здесь в том, что 1551 год - это год, в котором Рыцари Ордена Святого Иона Иерусалимского вынуждены были оставить город Триполи - столицу Ливии…

И ровно в 1551-м, « загадочном» году главным оплотом иоаннитов стал остров Мальта…

Островом «Мальтийского креста», по сути, можно назвать и «парные острова Петербурга. Один - Креста, другой - Каменный, где принимали присягу рыцари…».

В контексте истории рода Ярославовых с его легендой о Плачущей Прародительнице, сохраненной М.М.Ярославовой -Черевиной, фамилия Печенкин интересна, прежде всего, как фамилия партнера В.В.Мартинсона, приславшего Ярославовым письмо об их происхождении и о гравюре некого Ярославова Дмитрия Ивановича - времен либо царя Бориса Годунова, либо императора московского Дмитрия Ивановича, несправедливо названного Лжедмитрием («Поздравляю весь «царствующий дом» Ярославовых! Письма В.В.Мартинсона о роде Ярославовых и Виленское Братство»).

В истории обсуждаемых Печенкиных был некто Георгий Захарович Печенкин, обладавший недюжинной силой, «награжденный орденами Святого Георгия и лично знакомый с императором Александром II, поскольку являлся одним из членов его личной охраны», как пишут его правнуки. Однако охрану императоров в это время контролировалиЧеревины - потомки Марии Михайловны Ярославовой - Черевиной, хранительницы легенды о «Плачущей прародительнице». Причем, похоронен один из её потомков - Петр Алексеевич Черевин - командующий Собственного Его Императорского Величества конвоя, все в той же усадьбе «Нероново», где «Плачет Прародительница».

История же одного из сел Печенкино, как и самой фамилии Печенкин,оказалась «запечатленной в славянской вязи»:

Некто «Павел Георгиевич Печенкин дружил в свое время с отцом Викторианом, священником храма святого Ильи в Утманово. Однажды, перед тем как отправить церковный архив в Вологду отец Викториан дал ему прочитать два листка церковно - славянской вязи с описанием того как образовалось Печенкино. Там говорилось, что: «Царица Екатерина разорила наше гнездо «Сенковку» и нас всех выслала в холодное место в глухом лесу. Ехали на лодках плотах по рекам очень долго … Нас, около 10 семей отправили по «каторжной» дороге. Шли мы две недели, дошли до деревни Городец, которая стояла на берегу большой реки. Три семьи остались здесь, а семь семей я уговорил плыть по реке вниз. Одну семью я поселил под горой, 3 семьи на горе под названием Колотое и 3 семьи поселил близ государевой дороги из Устюга в Вятку, на другой стороне речки на горе и назвал их поселение Сенковка в память о своей родине. Через несколько годов бродяжная шайка разбила это поселение и сожгла. Мне как охраннику дорог прислали 2 семьи новых, их я водворил на место сгоревшего и назвал это поселение Печеное … Еще в этих листках говорилось, что ввиду большого наплыва в эти места ссыльных украинцев по царскому указу, старшим был назначен Сенковский с постоянными местом жительства на Печенкино и по его указанию деревня была названа Печенкино - Сенковское, это подтверждается Владенной записью, выданной государством Устюжским. Она в свое время хранилась у Георгия Захаровича Печенкина, но была утрачена. Как известно Екатерина II в конце 18 столетия активно занималась аннексией земель Речи Посполитой, поэтому в качестве гипотезы можно выдвинуть предположение о том, что Сенковский мог, к примеру, быть польским шляхт». («Печенкин»).

Речь, видимо, идет о старообрядцах и староверах Печенкиных, которые уже в конце XIX века сумели соединить в городе Казани купеческий бизнес с археологическими исследованиями, и вероятно - культом воинов святых, т.к. последний раз перед революцией 1917 года религиозное действо, посвященное воинам - Святым, было именно в селе Печенкин на реке Белой. А потом были уже годы атеизма…

Хотя и в эти годы атеизма появился почему- то день Советской Армии, пришедшийся на день иконы Божией матери «Огневидной» - 23 февраля.

Автор статьи об иконе «Огневидной» пишет об этом так:

«Культ Иконы Божией Матери «Огневидная», возник в 1812-1814 годах, когда Российская империя вела войну с Францией, и существовал до 1917 года… И вот как раз после революции, с подачи священников из среды «обновленцев» (Живая Церковь, живоцерковничество) сама Икона Божией Матери «Огневидная» из-за своего ало-красного цвета и стала аллегорически связывается с отмечаемым в СССР с 1922-года «23 февраля Днем Советской Армии и Военно-Морского Флота!

…Слова о том, что «Может быть, потому и нет у нее Младенца Иисуса на руках, что Богоматерь готова принять в объятия всех, опаленных огнем русской истории, павших за Россию» кажутся уместными, хотя и никак не соответствуют «кануну этой иконы». («Икона Божией матери «Огневидная»)

Я ещё вернусь к этой важной теме о том, как большевики «приспособили» икону «Огневидную» к защите Красной Армии, сейчас же обращу внимание на икону Божией матери «Державную», явившуюся в эти же, трагические для России годы.

Начну с истории о том, что ещё до гибели Великой княгини Елизаветы Федоровны, перед самой февральской революцией, священнику организованной ею Марфо-Мариинской обители в Москве о. Митрофану Серебровскому было во сне видение. «Первая картина - стоит прекрасный храм и вдруг появляются языки пламени, весь храм в огне, страшное и величественное зрелище. Вторая - преподобный Серафим Саровский стоит коленопреклоненный на камне с молитвенно воздетыми руками. И третья - изображение царской семьи в черной рамке, из краев которой начинают расти побеги, закрывающие все изображение белыми лилиями. О. Митрофан рассказал о своем видении игумении обители, великой княгине Елизавете Феодоровне. Она ответила, что может изъяснить этот сон. Первая картина означает, что за грехи наши, беззакония и оскудение любви церковь и страна будут ввергнуты в тяжкие бедствия… Но Россия и Церковь не погибнут. По молитвам преподобного Серафима Саровского и других праведников нашей Отчизны Россия будет помилована. Третья картина означает, что в России будет революция и царская семья погибнет во искупление своей вины перед народом и тех беззаконий, что творились при дворе».

Как всем известно, многое из истолкованного Великой княгиней Елизаветой Федоровной - сбылось

Хотя сейчас, спустя почти сто лет, и самое главное, после того, как в 2002 году на Казанской иконе Божией матери в ялтинской церкви Федора Тирона на засохшей веткерасцвела Лилия, третье пророчество можно истолковать несколько иначе.

Цветок Лилии, расцветший рядом с ВиленскойОстробрамской Богородицей, символизирующей Благовещение, означает возрождение рода Лилии, в который вошли, после искупления своей вины перед народом, и Великомученики Романовы. Этот символизирующийся Лилией род связан, как это видится с Венецией, Федором Тироном, Херсоном и Огневидной Богородицей, потому что день её почитания 23 февраля, судя по житию святого Харлампия, поминаемого в этот же день, символизирует Плодородие и Расцветание. Вот она и расцвела эта Лилия. Но расцвела она не на Виленской иконе, а на Казанской иконе. И в этом есть указание на окрестности Казани или на Петербург.

Что интересно, у иконы, подобной ВиленскойОстробрамской, существует версия, на которой она изображена в ореоле цветов.

Такие иконы называются «Богоматерь Неувядаемый Цвет». На них, в ногах Пресвятой Девы - Луна, а в голове - Солнце. Иногда на этих иконах расцветшим изображается жезл Девы Марии. По этому «расцветшему жезлу» её и определили, прежде чем выдать замуж за Иосифа Обручника. Подобная икона есть в Знаменском храме имения Дубровицы.

Икона подобной же иконографии прославилась в КадомскомМилостиво-Богородицком монастыре. Она была привезена из Грузии и подарена затем семьей Богдановых монастырю и пользовалась особым почитанием у Серафима Саровского, предсказавшего восстановление Патриаршества на Руси.

В этой связи сделаю акцент на том, что одним из последних легитимных местоблюстителей патриаршего престола в России, до восстановления патриаршества, насколько я понимаю, был митрополит Ярославский и Ростовский Агафангел (Преображенский), которому, как пишут, прислуживал в 1904 году, ещё мальчиком, Б.П.Ярославов, родившийся в семье мелкопоместного ярославского дворянина Петра Ярославова, согласно книге Евгения Терновского « Встречи на рюДанкерк» («Реставрация имен, икон и родства: Ярославовы, Платовы и Платоновы»)

«Митрополит Агафангел Преображенский, известен тем, что 18 апреля 1926-го, возвращаясь из ссылки остановился в Перми и выпустил послание, в котором объявил себя Патриаршим Местоблюстителем … «встреча проходила через год после смерти патриарха Тихона и через пять месяцев после ареста утвержденного собравшимися на похороны архиереями патриаршего местоблюстителя митрополита Петра. Утвержденного в соответствии с завещанием покойного: первый по списку - митрополит Казанский Кирилл. В случае невозможности приступает номер два - митрополит Ярославский Агафангел. В случае невозможности и с его стороны приступает номер три - митрополит Крутицкий Петр»

Здесь я описываю уже те времена, когда «царский престол России», как считают, «перешел» к Божией Матери « Державной», явившейся в феврале 1917 года, в день, накануне отречения императора Николая II от престола и окончания самодержавия в России.

И явилась эта икона, не где-нибудь, а в Казанском Соборе Коломны.

Именно здесь, в Коломне, когда-то венчались московский князь Дмитрий Иванович и княжна ЕвдокияСуздальская, связанные своею судьбой, а также судьбой своих детей с Ипатьевским монастырем мурзы Чета, которого именуют Великим Захарием, вероятно, в честь Святого Захария - отца Предтечи, вымолившего себе сына у самого Бога Плодородия («Ипатьевские тайны: Князья и Императоры Дмитрии Угличские и Великие князья Красные, Ч.6»).

Сам монастырь, как известно построен на месте видения Чету - Богородицы, ИпатияГангрского и апостола Филиппа.

И если назвать эту Богородицу - Ипатьевской, то возможно как раз она и плачет в Костромских лесах, близ усадьбы «Нероново»

Однако плакала она далеко не после 1917 года, а - уже в XVIIIвеке… И время её Плача тоже остается загадкой.

Продолжение следует…

Все материалы раздела «Внимание! Угрозы и тенденции»

Реклама


© Авторские права на идею сайта, концепцию сайта, рубрики сайта, содержание материалов сайта (за исключением материалов внешних авторов) принадлежат Наталье Ярославовой-Оболенской.

Создание сайта — ЭЛКОС