Персональный сайт Натальи Чистяковой — Натальи Ярославовой
Natalia Chistiakova—Natalia Yaroslavova’s Personal Website

Вторая жизнь с Березовской чудотворной иконой Николы Закамского

© Наталья ЧИСТЯКОВА
Вербное воскресенье
Апрель 2007 года

Мне хотелось написать это в вербное воскресенье. Так Душа звала и чудотворная икона Николы Закамского, а душа моя, как и место моего рождения, связаны с этой иконой. Явилась чудотворная икона ещё в правление Ивана Грозного. Её история насчитывает почти пятьсот лет. Потом на месте явления иконы и святого озерка появилась часовня, село, Никольский храм. Путешествовала икона и Москву, и в белокаменной столице сам Царь посвятил ей Храм Николы Закамского. Однако позже было откровение Ивану Грозному, и по сему вернули икону Николы Закамского «на место ея». В 20 веке храм был разрушен, а икона исчезла в «глубинах НКВД». В конце же 20 века восстановил Никольский храм кумир моего детства и родной брат моего дяди Валера Тетерев. При восстановлении сохранил надпись в купольной части «Борис и Иван», которую в период отчаянного детства, «исследуя» разрушенную церковь, сделали мой отец Борис вместе с Иваном Тетеревым.

После долгих поисков, нашел Валера и чудом уцелевший список иконы Николы Закамского. Уже с него (с этого списка) для Никольского храма была сделана и специальная копия иконы , явившейся в этом месте на пол века ранее. Вся история села Николо-Березовка, цитируемая мною в биографии и в родословном поиске , тоже восстановлена и написана Валерой Тетеревым, конечно, при помощи тех уникальных работников архивов, которые поддержали его подвижничество. И создал он коллекцию икон, и приезжают к нему с выставками художники из разных концов России. И проходят теперь здесь, на моей родине в Березовке известные на всю страну праздники колокольных звонов. А все проплывающие по реке Кама суда, как некогда суда купца Строганова, любуются теперь Никольским храмом.

Год назад , в начале марта, появилась копия Березовской чудотворной иконы Святителя и Чудотворца Николая Мир-Ликийского и у меня. Выполнена она в византийской манере, характерной для середины 15-16 веков. Привезла икону с родины крестная Маргарита Тетерева (урожденная Ярославова, сестра моего отца и жена Ивана — брата Валерия). Когда лет десять назад крестилась, не думала особо о значении крестных связей и крестного родства. Теперь понимаю, что так распорядилась судьба, что через крещение, во второй раз породнилась с родом Тетеревых. В те годы обряд крещения не связывали с карьерой, как это не редко бывает сейчас, когда и должность могут обусловить этим фактом. У меня был не простой период. Тетя под влиянием подвижничества Валерия, посоветовала быть ближе к церкви. Хотела я крестить и сына, но священник сказал: «Ярослав имя не христианское». Да и сам сын ответил: «Стану взрослым, сам определюсь с религией». Позже проверила, действительно имени Ярослав не было в православном именослове, оно от скандинавского Иерислейф. Древних фамилий от не православных имен на Руси почти сейчас не осталось. Нет ни Изяславовых, ни Гориславовых, да и моя фамилия Ярославова — у единиц. Однако несколько лет назад имя Ярослав стало крестильным. Право выбора теперь за сыном. Ведь мой отец Борис Ярославов почитал русских Богов и самым важным Богом у него был Бог Перун. Хотя икона Бориса и Глеба тоже всегда стояла на его письменном столе. Вот так, наверное, и есть на Руси. И у меня тоже. Русских Богов чту. Церковь посещаю не так уж часто. На исповедь не хожу. Как-то вся моя личная жизнь, когда я уже была крещенная, с политикой пересекалась, вроде и в церкви, в порядке исповеди такие откровения не уместны. Вот так, все это и «давило» на меня годами. Исповедовалась в жизни один раз. Через два дня после того, как мне икону Николы Закамского подарили, была у меня чудесная встреча на моих жизненных путях со священником. Долго общались. И проекты он мои малые благословил и путь мой. И все у меня на этом пути легко-легко получилось. И первую подачу с изданием книги мне сделал опять же человек, связанный с иконой Николы Закамского. А потом пошло уже как у Валерия с восстановлением Храма. Нашел другой человек, помог завершить проект.

Икона Николы Закамского — это мой личный разговор с Богом.

Кто-то пядь земли привозит с родины. Для меня «кусочек родины» эта икона.
А образ её обретен и восстановлен благодаря Тетереву Валерию.

И не был Валера, ни православным, ни религиозным, когда я впервые узнала его. Но ощущение неимоверной энергии запомнилось на всю жизнь. Вокруг него кипела жизнь, впечатления, рассказы. Он олицетворял будущее, мечту, везучесть. Ему было около двадцать пяти, а мне лет двенадцать, когда я увидела и этого брата Тетерева. Девять детей Тетеревых за одним столом собирались редко. Все в разных городах, все радовали мать Евдокию достижениями: то диплом кто-нибудь защищает, то диссертацию, то дети родились, Хотя и беспокойств было не мало. Братьев Тетеревых называли «буйными» Могли легко несколько десятков километров пробежать, чтобы «истину доказать», могли и поддать кому-нибудь, опять же, «за истину». Вот уже и во «второй жизни», протестуя против телевизионной заразы, Валерий однажды вечером построил перед телевизором всех пятерых своих чад и, прочитав соответствующую проповедь, распахнул окно на девятом этаже и, убедившись, что внизу никого нет, вышвырнул телевизор в окно.

- Ну и что? Спрашивают.
- А всё хорошо. Каждую неделю заходим в соседний букинистический магазин. Буквально за копейки покупаем Пушкина, Бунина, сборники народных сказок, книжки по истории России. По вечерам устраиваем семейный хор, ходим на лыжах, ухаживаем за домашней живностью, на днях купил экзотического петуха.
www.lgz.ru

Серьезные братья Тетеревы Русские такие, могучие духом. По ощущениям того времени, им всей планеты было мало. А Валера самый младший, балагур. Легенды про его удачливость ходили, и точнее жизнь чувствовал, «не ломал», и при комсомоле вроде И женщины его любили. Как говорится, Бог дал Но Бог и спросил.

Как пишет сам Валерий в своем «Возрождении», (публикуемом в сокращении в этом материале): «Стою однажды, думаю, неспокойно стало на душе — жил, старался вроде бы, а все как-то мелко, суетно получалось, не было главного, не коснулся-таки. Ловчил вместе со всеми, хитрил, водочкой баловался... А что выиграл, что выторговал? Задумался, забылся... Вдруг, от неожиданности, даже вздрогнул — сзади раздался звонкий мальчишеский голос: laquo;Дед, а дед. А почему церковь такая страшная и крестов на ней нет?» Оглянулся. К церкви откуда-то приковыляли старый да малый. Деду лет за семьдесят уже, а мальчугану десять-двенадцать можно дать от силы. Сник как-то старик, устало опустился на бревно, забытое там с незапамятных времен, помолчал немного и, не спеша, смахивая порой с морщинистого лица слезы, поведал такую историю: Церковь тут, почитай, пятьсот уже лет стоит»

А было у Валерия в то время жизненное перепутье. Сам давно разведен, дочь от первого брака на выданье. Бизнес вроде поставлен. Перестройку встретил в должности начальника производственного отдела одного из крупных подразделений Главвостоктрубопроводстроя. Но новые трассы газопроводов строится перестали. Объемы падали. Как он пишет «Не я один. Тысячи и тысячи людей тогда мучительно думали эту неразрешимую думу: «Куда идти?». В конечном счете, бизнес начал «с нуля», но дело сумел поставить. Создал компанию «Урал-Центр» Но «главного не коснулся таки».

И, так получилось, начал он «Вторую жизнь» с иконой Николы Закамского. Через Аксаковский фонд, заместителем которого он сейчас является, пришел к религии. Стал восстанавливать храм, увлекся поиском икон. Жену встретил в этом же круге общения. Пела она в фольклорном ансамбле «Таусень» Башкирского государственного университета. Детей у них теперь почти столько же сколько, сколько было братьев и сестер Тетеревых.

Валерия видела последний раз по грустному поводу, на похоронах брата Ивана. Изменился. Сила другая появилась: от продуманности, терпения, другого знания, опыта жизни и, наверное, от мыслей множества. Сказал: «Есть о чем поговорить» Так и не поговорили пока.

В середине лета 2006 года собирал Валерий в Николо-Березовке всю родню на столетие отца Григория. Но мне быть там не довелось. Надо было довести проект с «Гражданской Восьмеркой» и «Предложениями по глобальной энергобезопасности», начатый в марте «под знаком», опять же Николы Закамского». В эти же дни в Москве был международный форум. Ехала, не знала, что будет трехчасовая встреча с Президентом международного гражданского общества. В программе не стояла такая позиция. Просто ехала работать. Увидела как «в режиме эксперта» работал Президент. Понравилось. Потому что, как эксперт, знаю что такое «работать в режиме эксперта». Знаю насколько это сложно. Тем более, сложно, когда совмещаешь такой формат работы с управлением государством.

Мне потом не однажды говорили. Вот тебе ведь тоже протеже сделали и делают какие-то таинственные силы. В России ведь не верят, что можно сделать дело без кумовства и связей. Все таинственных покровителей ищут

Если мне в 2006 году кто-то «протеже» и сделал, то только Никола Закамский, да собственное знание. Очень востребованы были миром идеи по разрешению проблем глобальной энергобезопасности. Вот эти идеи и «Никола Чудотворец» меня и вели.

У почитаемого мною князя В.Мещерского есть такая цитата в его Воспоминаниях: «министр внутренних дел казался слишком слабым и развалившимся для такого дела, а между тем, по странной случайности, подтвердившей и на сей раз ту мысль или легенду, что Первый министр в России всегда Николай Чудотворец, приступили к реформе 1861 года».

Похоже, что последние годы в России Первый министр, как всегда, Николай Чудотворец.

Вот так и живем Важное место Николай Чудотворец занимает и в нашей жизни. Говорят, что и староверы на Севере России бывает, что и увидят старца в образе Чудотворца и почитают его за свого Бога, из пантеона Русских Богов.

Теплое и светлое чувство было, когда читала написанное Валерием «Возрождение». Текст большой. Весь так выстрадан, что «рука не поднимается» сокращать. Особенно поразили имена, имена, имена Упомянул и высказал почтение всем: и плотникам, и штукатурам, и художникам, и архитекторам, и чиновникам. Сотни имен. Ничего не присвоил. Что люди сделали, то люди. Что сам, то сам. Всем миром, получается, восстанавливали храм и историю села. Но шли за Валерой. Подумалось, вот если бы у нас так во всех проектах почитали людей, сколько бы тогда на Руси сделано было. А так, все ловчат, ловчат. Все в чужих заслугах «выкупаться» хотят, а в результате — в другом купаются

Поразило, как полуголодный студент из Санкт-Петербурга месяцами работал в Березовке, готовил проект восстановления Никольского храма и села Николо-Березовка, объявленного было не перспективным и определенным «под затопление». Поразило, как добывали сосны в три обхвата, как предприятие, в убыток себе, ради нескольких толстых старинных дверей перестраивало работу всего оборудования. Кто-то сначала поддерживал, а потом бросал на пол пути. Кто-то уходил и возвращался. Кто-то цену заламывал, а потом просто приходил и дарил Постоянно не хватало денег, но деньги в итоге все-равно находились

Много философских размышлений. Было бы странно, если бы их не было после реализации такого проекта Это нормально задаваться вопросом: «Что они думали люди, когда шли на крестный ход? Верили ли они в Бога? »Большинство — вряд ли, Но шли «Сгорбленные, морщинистые, некрасивые внешне, они идут, неся в душе веру, надежду, любовь, — они идут к Храму. И, как символ этой надежды, с ними образ Николая-Святителя, земного человека, который через тысячелетия передает из поколения в поколение теплую искорку человеческой доброты».

Это ещё одна цитата из «Возрождения» Валерия Тетерева.

Сегодня он известный уфимский предприниматель, в 2001 году получил номинацию «Меценат года». Ежегодно помогает проводить праздники Аксаковского фонда, Праздники славянской письменности, организатор праздника «Колокольные звоны России». Всех известных звонарей знает, со всеми «мастерами колокольных дел» дружен.

А чтобы спасти храм от подмыва Камой, отсыпана двухкилометровая дамба, вместо старого строится мост на полуостров, на котором находится храм... «И сейчас храм, может, единственный, что мешает осуществлению сатанинского проекта о поднятии уровня рукотворного Камского моря, больше всего по этому поводу хлопочет так «любезный» русскому и нерусскому народу господин Чубайс...» — так пишет вице-президентом Международного фонда славянской письменности и культуры Михаил Чвановым, награжденным орденом Русской Православной церкви Преподобного Сергия Радонежского Ш степени, в том числе, отзываясь добрым словом о заслугах Валерия Тетерева.

© Валерий Тетерев «Возрождение»

Все материалы раздела «Внимание! Угрозы и тенденции»

Реклама


© Авторские права на идею сайта, концепцию сайта, рубрики сайта, содержание материалов сайта (за исключением материалов внешних авторов) принадлежат Наталье Ярославовой-Оболенской.

Создание сайта — ЭЛКОС