Персональный сайт Натальи Чистяковой — Натальи Ярославовой
Natalia Chistiakova—Natalia Yaroslavova’s Personal Website

Фальсификация фамилий и родословия Ярославовых, судьбы которых связаны с Ропшинским дворцом , Кроншта́дтом и Орденом Андрея Первозванного

    • Гравюра 1873 года Ропшинский дворец /1/
    • И.Л.Лазарян, продавший «Великий Могол» Светлейшему князю Г.Г.Орлову и получивший в счет долгов Ропшинские дворцы. Портрет Лампи jewels-dreams.narod.ru
    • П.А. Соколов - Член корр. Императорского Вольного экономического общества,который вел "Менчаковские архивы". Сын Ф.М. Ярославовой. 1-й Казачий полк. Фото- Материалы по генеалогии Ярославского дворянства
    • «Менчаковские архивы» Соколовых, где говорится о Елизавете Петровне Ярославовой – супруге архитектора С.П.Берникова, её отце Петре Алексеевиче Ярославове, дяде Иване и брате Александре
    • Список дворян Олонецкой губернии, где изменена фамилия Елизаветы Петровны Ярославовой, в браке Берниковой на фамилию Ярославцова.Ссылка на Петрозаводское издание 2001 года
    • Мотивированное изменение моей фамилии Ярославова на фамилию Ярославцева в «истории» школы №7 города Тюмени, которую я окончила с Золотой медалью. По времени после 2002 года
  • «Древо Ярославовых»,где    произведены  изменения в  моем  отчестве.  Борисовна   заменено - на Романовна Третьи Тюменские родословные чтения 2003 (увеличить).
    «Древо Ярославовых»,где произведены изменения в моем отчестве. Борисовна заменено - на Романовна Третьи Тюменские родословные чтения 2003 (увеличить).
    • Домовладелец Ярославов на Большой Морской в Петербурге. XVIII в.
    • Иоганн Мейер , проживавший в комнатах домовладельца Ярославова на пересечении Большой Морской в д. №13 и Кирпичного пер.№ 3. Один и тот же дом. На ул. Б.Морской Ярославов назван Ярославцов
    • Дом Ярославова на углу Кирпичной и Большой Морской,где жил Иоганн Мейер. На современной карте
    • Домовладение Ярославова на улице Большой Морской , где проживал Иоганн Мейер
    • О доме коммерческого директора Ярославово около Адмиралтейских Триумафальных ворот, где при Ярославове жил Прусский посланник и хранились фонды военного и морского ведомств перед революцией
    • Первые Адмиралтейские ворота 1732 около дома Ярославова на Большой Морской 13 знаменовали переезд столицы из Москвы в Петербург, что было обставлено специальным церемониалом
    • Вторые Адмиралтейские ворота 1742 около дома Ярославова на Большой Морской 13 венчались скульптурой трубящей Славы и символизировали апофеоз Елизаветы
    • Станция Призрак Адмиралтейская, одна из самых глубоких в мире, которая строилась 15 лет и возобновлена к финансированию в 2008 году, в конце 2011 года вышла на поверхность около дома Ярославова на Большой Морской 13
    • Оформление станции метро Адмиралтейская с выходом метро около Большой Морской 13 и Кирпичникова пер. 3 посвящено становлению военно-морского флота /2/
    • Дом братьев Берниковых на углу Малой Морской и Невского № 7, 9 ныне Дом Вавельберга. После перестройки это здание сравнивали с венецианским "Палаццо дожей".Справа - в лесах.
    • Дом братьев Берниковых на углу Малой Морской и Невского № 7, 9. 1830 годы
    • Наместник архимандрит Александро-Невской Лавры о Коллежском советнике Иване Петровиче ЯрославЦове - воспреемнике при крещении Владимира Александровича Берникова - внука Елизаветы Петровны Ярославовой (написание ЯрославЦов ?, ЯрослаУвов?). Изменение при Николае I
    • Сент Илер, в команду которого входил Сергей Прокофьевич Берников, приглашенный И.Бецким. Петербург в Аксонометрии. План Адмиралтейства /4/
    • История о том, как П.И.Рикорд главу секретной миссии из Японского плена спасал. «На заднем плане русский военный корабль. Японская иллюстрация из архива Библиотеки Конгресса США» /6/
    • П.И.Рикорд, крестный художника Егора (Георгия) Мейера - отца В.Е. Мейер, супруги супруги художника и учителя П.Чистякова
    • Ю.Фельтен. Дом И.И. Бецкого, который после его смерти принадлежал А.И.Соколовой – Дерибас
    • Архитектор Е.Т.Соколов. Императорская публичная библиотека. Рядом с дворцом Мальтийского ордена
    • В Акуловой горе - картина Поленова. Усадьба Акулова гора, Олонецк близ Ладожского озера и Тихвина. Около этих мест водрузил свой Крест Андрей Первозванный
    • Мемориальный комплекс села -музея Вятское, Даниловского уезда Ярославской губернии. Ныне Некрасовский район. Погибшие во время ВОВ. Два А.И.Ярославова.Ярославцевых - нет. Традиции Инвалидного дома в Данилове Н.Ярославова
    • Братская могила воинов, погибших от ран в городе Тюмени во время ВОВ. Шесть Ярославцевых. Ярославовых - нет. Фото . Июнь 2014 года

©Наталья Ярославова – Оболенская
25 июля 2014 года

Елизавета Петровна Ярославова (Берникова) и Елизавета Петровна Ярославцова (Берникова)

Супругой известного в Петербурге архитектора домов и садов Сергея Прокофьевича Берникова была Елизавета Петровна Ярославова, родная сестра Александра Петровича Ярославова. Она была дочерью поручика Петра Алексеевича Ярославова, выдавшего в 1787 году доверенность Аполлону Степановичу Соколову, направленную ему с сопроводительным письмом, которое и сохранилось в «Менчаковских архивах» Соколовых, а в начале 20 века было упомянуто в описи этих архивов с комментариями о родственниках Ярославовой-Берниковой.

Согласно этих описаний, изданных в «Материалах для генеалогии Ярославского дворянства (т. VII, 1913 год Ельчанинов, РНБ) у её отца был брат Иван Алексеевич Ярославов, умерший до 1786 года. Доверенность же её отец П.А.Ярославов выдавал на управление имением брата Елизаветы - Александра , который , судя по тексту, не мог в 1787 году управлять имением сам: « сек.-майору Ап.Ст.Сок. на управление в течение одного года имением сына его отставного поручика Александра Петровича Ярославова, находящемся в д.д. Негановской, Дмитриевской и Прокудиной с д.д. и п.. Пош. у. (81 д.).». Возможно, А.П.Ярославов отправлялся на войну с Турцией, начавшуюся в 1787 году, поскольку доверенность выдавалась на один год, или был ранен, с учетом того , что именуется отставным поручиком.

Процитированный VII том известный русский генеалог и архивист И.Н. Ельчанинов издал в 1909 году, как уже сказано, в «Материалах по генеалогии Ярославского дворянства» под названием «Род Соколовых и Подробная опись Менчаковского архива Соколовых. Ярославль» , где были представлены, главным образом, семейные архивы генерала Павла Аполлоновича Соколова - сына Феклы Михайловны Ярославовой - Соколовой и внука генерал адъютанта премьер - майорского чина М.И.Ярославова (Рюрики Ярославовы: Оболенские,Тверские и Мстиславичи).

Первые выходные данные этого издания семейных архивов Соколовых показаны такие: «Ярославль Торговый дом А.М.Фалькъ и Ко , 1909, 65 стр.». ( «Письма архиепископа Ярославского Авраамия к генералу П.А.Соколову – сыну Ф.М.Ярославовой. Издание Ельчанинова , типография Фальк и К»).

«Менчаковские архивы» Соколовых и исследования И.Н.Ельчанинова, где приводятся эти данные, - это серьезные источники. Однако в современных интернет сведениях об Олонецком дворянстве эта же самая Елизавета Петровна Берникова именуется урожденной Ярославцовой, а не Ярославовой. В написании добавлена одна буква «ц» и это не опечатка, поскольку именно ЯрославЦовыми, а даже не ЯрославЦЕвыми названы все, судя по именам, её родственники, упомянутые в списках Олонецких дворян. Это и тезка её отца Петр Алексеевич Ярославцов, вместо Петра Алексеевича Ярославова и, вероятно, два его сына Павел Петрович и Иван Петрович, а также их супруги.

Подобным же образом и мою фамилию Ярославова изменили на фамилию Ярославцева, в «истории» школы № 7 города Тюмени, которую я окончила с Золотой медалью. При этом, у тех, кто мог повлиять на эти фальсификации, есть мотив.

К тому же , тюменские «историки» попались на этом второй раз. Первый случай изменения в моем родословии в 2003 году , проиллюстрированный страницами издания Тюменского нефтегазового университета, который, опять же, я окончила с Красным дипломом, был описан в статье 2010 года «Ярославны - Ярославовы и Романовны – Романовы» .

Произведенные «электронные искажения» в фамилии Елизаветы Петровны Ярославовой и её родственников, в «олонецкой истории» тоже носят намеренный характер.

Во - первых, замена фамилии Ярославовых произошла именно в Олонецкой губернии, где ранее мною упоминалось родовое гнездо Окуловых (Акуловых), родство которых с Ярославовыми особо тревожит любителей фальсифицировать фамилии и данные о генеалогии, о чем свидетельствуют получаемые мною письма и исчезновения документов в Интернете, после ссылок на них ( «Ярославовы, Окуловы, Ленины, Ельцины… Кронштадт и Гатчинский дворец»).

Во-вторых , во всех ранее известных мне случаях, если фамилия Ярославов и заменялась - на более распространенную фамилию ЯрославЦЕв, эта опечатка носила единичный характер и не воспроизводилась в других документах и на других страницах, потому что ошибка была очевидна и этого не позволяли сами носители фамилии. Никогда ошибка в фамилии Ярославов не передавалась по наследству, не присваивалась потомкам и родственникам. А в данном случае, в списке, обнародованном в интернете, т.е. в электронной версии, «откорректированы» фамилии всех родственников Е.П.Ярославовой-Берниковой среди Олонецких дворян.

В-третьих, это единственный известный случай, когда фамилия Ярославовых заменена на фамилию Ярославцовых., с добавлением только одной буквы «ц». В тех случаях, когда имеют место описки, искажения два: добавляется «ц» , а «о» - меняется на «е», т.е. ЯрославЦЕв. Объясняется это тем, что фамилия Ярославов – редкая. И клерки пишут то, что им более знакомо. В среднем, на 30-40 страниц текста, где на каждом листе упоминаются Ярославовы, может быть одна такая описка, как в случае с Михаилом Ярославовым , который перед революцией брал кредит в банке на покупку Табынских земель и его фамилия была искажена в одном случае - на плане земель ( «Мойка 14… От города Благовещения до Кронштадта… От Константина Великого до Северного Общество и РГО»).

К названной Олонецкой губернии имеет отношение не только Елизавета Петровна Ярославова, но и Татьяна Федоровна Ярославова, именовавшая в её письмах деверем - олонецкого Окулова ( «Её высокоблагородие Госпожа Ярославова - мать братьев Орловых: Михаила, Алексея, Григория, Федора и дочери Анны Орловой»).

Когда я упоминаю в своих статьях эти две фигуры Т.Ф.Ярославову, имевшую сына Сергея Окулова, и Е.П.Ярославову-Берникову, то получаю послания, в которых меня пытаются убедить в том, что легендарные факты их биографии относятся совсем не к ним, также как умаляются и достоинства их мужей, а детей и достижения пытаются «переписывать» на других родственников.

Один из примеров - «исчезновение» на долгое время барельефного портрета Ф.Г. Орлова - отца детей Т.Ф.Ярославовой и брата Светлейшего князя Г.Г.Орлова.

История судеб Е.П.Ярославовой и Т.Ф.Ярославовой напоминает мне происходящее ныне и с моими трудами, и с моей личной историей.

И если мне тюменские «историки» меняют отца Бориса - на деда Романа , а мои статьи приписывают в т.ч. и выдуманным фигурам или «фальшивым Ярославовым» либо «родственникам в десятом колене», то с биографиями двух легендарных дам Е.П.Ярославовой и Т.Ф.Ярославовой поступают ещё более «творчески».

Что же объединяет эти две фигуры: Елизавету Петровну Ярославову-Берникову и Татьяну Федоровну Ярославову ?

Ропша и Ропшинские дворцы, где братья Орловы произвели, по сути, передачу власти будущей императрице Екатерине II.

Ропшу (Ropsus) императрица Елизавета Петровна, в свое время, подарила - Петру III. После его смерти Екатерина II пожаловала Ропшинские владения её фавориту Г.Г.Орлову. А после смерти Г.Г. Орлова в 1783 году Ропша перешла в собственность ювелира армянина Лазарева Ивана Лазарьевича (Ованесе Лазаряне) , в счет уплаты долгов светлейшего Князя за бриллиант «Великий Могол», подаренный им в скипетр императрицы Екатерины II - матери его детей. ( «План города Петра от «Английского клуба» Артамона Матвеева, с «дополнениями» ювелира Лазаряна, продавшего «Великий Могол» Г.Г.Орлову»).

Муж Елизаветы Петровны Ярославовой - Сергей Прокофьевич Берников был приглашен И.Н.Лазаревым для переустройства Ропшинского дворцового комплекса, вместе с самыми талантливыми архитекторами Петербурга:

«…По заказу И.Л. Лазарева придворный архитектор де ля Порта (Антонио Порта), сохранив удачно найденную Ф.Б. Растрелли общую композицию ансамбля, перестроил дворец в классическом стиле. Вместе с ним работали известные русские архитекторы: Ю.М. Фельтен, С.П. Берников. Л.И. Руска и Е.Т. Соколов….».

Имя архитектора С.П.Берникова было связано конкретно с Ропшинской бумажной фабрикой.

«…В Ропше, в период царствования Екатерины II, построен и сохранился интересный памятник архитектуры конца XVIII века - трехэтажное здание Ропшинской бумажной фабрики, построенное в 1788-1794 годах по проекту архитектора Ю.М. Фельтена, составляющее единый ансамбль с Ропшинским дворцово-парковым комплексом. Здание фабрики возводилось архитектором Сергеем Берниковым (1754-1809)…"

В ряде источников, с которыми я знакомилась, было указано, что "С.П. Берников долгое время был архитектором Императорского фарфорового завода в Петербурге" и "Входил в состав команды Пьера де Сент-Илера, снимавшего аксонометрический план Петербурга, впоследствии стал руководителем этой работы" - это я процитировала свою октябрьскую статью 2013 года «План города Петра от «Английского клуба» Артамона Матвеева, с «дополнениями» ювелира Лазаряна, продавшего «Великий Могол» Г.Г.Орлову».

Фраза «Входил в состав команды Пьера де Сент-Илера, снимавшего аксонометрический план Петербурга, впоследствии стал руководителем этой работы»…» была взята мною в кавычки из статей, с которыми я знакомилась. Но первоисточник сейчас уже отсутствует в интернет пространстве. Есть статья о Сент-Илере и его "Петербурге с Птичьего полета", где говорится о том, что Сент Илер был близок к И.И.Бецкому - воспитателю детей Екатерины II, архитектором которого был Ю.Фельтон, из "тройственного содружества: Ю.Фельтен, С.Берников (Сергей) и Е.Соколов. Однако в статье о Сент Илере называюется И.Соколов, Алексеев, Горихвостов, Старов, Квасов.

Сергей Прокофьевич Берников - муж Елизаветы Ярославовой (Берниковой) и Семен Прокофьевич Берников – муж Анны Берниковой

Буквально вскоре после того, как я впервые упомянула в своих статьях С.П.Берникова, мне стали поступать письма с «поправками».

Сначала меня «поправляли» на тот счет, что женой С.П.Берникова является не Елизавета Ярославова-Берникова, а Анна Берникова.

Я ответила в письме и в тексте следующей статьи, что архитекторов Берниковых было два. И это братья. У Сергея супругой была Елизавета Петровна Ярославова. У Семена - Анна Ивановна:

«Супруга второго брата С.П. Берникова похоронена около храма Армянской Апостольской церкви в Смоленском армянском кладбище Санкт-Петербурга, относящегося к Ново-Нахичеванской и Российской епархии. «Берникова Анна Ивановна (ум. 1823).

Возможно, А.И. Берникова принадлежала к одному из родов армянской общины в Петербурге, где главной фигурой был И.Л. Лазорян, при котором названные архитекторы А. Фельтен, Е. Соколов, С. Берников строили Армянские церкви и Ропшинский дворцово-парковый комплекс…».

В следующих письмах архитектурные заслуги Сергея Прокофьевича Берникова стали переносить на его брата Семена Прокофьевича Берникова, тоже известного архитектора.

Однако Сергей Прокофьевич Берников работал вместе Ю.М.Фельтеном и Е.Т.Соколовым по той причине, что находился с Соколовыми в родстве через Ярославовых. В архивных документах Аполлона Степановича Соколова – сына Ф.М.Ярославовой, как раз, и уделяется внимание родственнику Сергею Прокофьевичу Берникову, где он назван супругом Е.П.Ярославовой и именуется «архитектором домов и садов».

Отличить творения Сергея Берникова от творений Семена Берникова можно и по этому «тройственному содружеству» и по его родственному сотрудничеству с Е.Т.Соколовым - архитектором здания Императорской библиотеки Петербурга.

«Архитектор Ю.Фельтен построил в Петербурге и дом для И.И.Бецкого, воспитателя Алексея Бобринского - сына Екатерины II и Г.Г. Орлова, получившего от родителей его воспитанника титул Президента Академии художеств. Фельтен был также архитектором Воспитательного дома. А "за архитектора" при строении Академии Художеств состоял Е.Т.Соколов…».

"Путанница" с братьями идет касательно того, кто из них был архитектором императорского фарфорового завода. В источниках, которые встречались мне был указан - Сергей. Сейчас электронные версии называют Семена. В данном случае, надо поднимать архивы. Хотя, довольно странно, что исчезли публикации о Сергее.

Переустройство Ропши И.Н. Лазарев осуществлял в течение 10 лет, ещё при жизни Екатерины II, к которой оставались близки здравствующие братья Орловы: Федор Григорьевич Орлов - отец детей Т.Ф.Ярославовой и Алексей Григорьевич Орлов -Чесменский. И появление родственника именно Ярославовых в составе архитекторов, преобразующих Ропшинский комплекс, объяснялось родством с Орловыми Сергея Прокофьевича Берникова.

Кто, в таком случае, уже в XXI веке может быть заинтересован в «переписывании» заслуг Сергея Прокофьевича Берникова на его брата Действительного статского советника Семена Прокофьевича Берникова ?

Маловероятной считаю версию о том, что это делают потомки Семена Берникова и его супруги Анны.

Цель происходящего - другая. Уменьшить роль семьи Сергея Прокофьевича Берникова и его супруги Елизаветы Петровны Ярославовой-Берниковой, а также её родственников Олонецких дворян Ярославовых и Окуловых (Акуловых). С этой целью Олонецким дворянам Ярославовым и изменили фамилию на Ярославцовых.

Названный круг Олонецких родственников, опять же, ясен из описания архивов Аполлона Степановича Соколова, включая адресатов его переписки, опубликованных до революции:

Перечисляются письма: Екатерине Алексеевне Окуловой, Екатерине Александровне Ярославовой, Елисавете Павловне Окуловой, Александре Ивановне Ярославовой ,Ивану Михайловичу Ярославову, Татьяне Федоровне Ярославовой , Алексею Тихоновичу Ярославову, Раисе Николаевне Ярославовой, Ивану Николаевичу Окулову («Письма архиепископа Ярославского Авраамия к генералу П.А.Соколову – сыну Ф.М.Ярославовой. Издание Ельчанинова, типография Фальк и К»).

Обращу внимание, что в исторических документах архитектор Ропшинской бумажной фабрики прямо назван Сергеем. А если где-то и пытаются произвести подмену, то - в современных электронных опусах.

Так я , в частности, ответила на одно из писем «с поправкой» о том , что Ропшинскую бумажную фабрику возводил Семен Берников, а не Сергей.

При жизни братья Сергей и Семен, судя по их совместным владениям, были дружны.

Их инициалы совпадали: С.П.

Братьям принадлежали доходные дома в начале Невского проспекта, где позже находился Доходный дом М. И. Вавельберга , что недалеко от углового дома на перекрестке улиц Кирпичная и Большая Морская в Петербурге.

Дом Ярославова Большая Морская 13 - Кирпичный переулок 3 и дом Ярославцева Большая Морская 13 - Кирпичный переулок 3

Точный адрес этого дома: Большая Морская 13 и Кирпичный переулок 3. Ныне – здесь вход в новое метро «Адмиралтейское» в городе Петра.

Владельцем этого дома был купец Ярославов, которого иногда пишут, как Ярославцев. История этого дома описана в статье «Дом общества попечительства о бедных духовного звания». В тексте статьи дом называется одним из самых старых в округе.

У этого дома была название "Дом у Триумфальной арки". Речь идет об Адмиралтейской Триумфальной арке 1732 года, которая символизировала переезд столицы Москвы в Петербург. И о её втором варианте от 1742 года, который символизировал апофеоз императрицы Елизаветы Петровны.

Выстроен дом был в начале XVIII века, до Триумфальной арки. Первым владельцем в 1730 году был золотых дел мастер Дункель, поставлявший Императорскому двору золотые, серебряные и жемчужные изделия ( Некоторые сведения о С-Петербургских золотых и серебряных дел мастерах за сто лет:1714 -1814). "Дом приносил владельцу хороший доход. Здесь снимал помещение купец Ионас Фохт, торговавший оружием. Купец Яган Нагель содержал здесь лавку по продаже десертов и вин. В доме Дункеля работали также лавки купцов Томаса Янсена (торговал вином) и Ионы де Вогдта (продавал итальянские маски)". Вдова Дункеля вышла замуж за английского купца Генриха Клинка.

Затем собственники менялись:

"В 1750-х годах участок принадлежал Арвиду Швенске, в 1761–1764 годах — кригскомиссару Иоганну Яковлевичу фон Цейсу. Последний продал дом директору коммерческой компании Алексею Ивановичу Ярославцеву. В 1778 году здесь, вероятно, жил прусский посланник. В 1785 году участком владел сын Ярославцева поручик Пётр Алексеевич. В 1790 году он, будучи уже титулярным советником, продал территорию купцу Ивану Шарову"

Алексей Иванович Ярославов, с учетом лет, о которых идет речь и его имени, - это сын Ивана Алексеевича Ярославова, дяди Елизаветы Петровны Ярославовой (Берниковой), т.е. родного брата её отца - Петра Алексеевича Ярославова.

Дедом Елизаветы Петровны Ярославовой (Берниковой) был знаменитый Алексей Дмитриевич Ярославов - капитан "Гогланда", участник Семилетней войны («Первая ветка Ярославовых: от XV до XXI века. От Ярославовых).

"С 1757 года Алексей Дмитриевич Ярославов командовал судном «Гогланд». В 1758 году он был уже капитан 3 ранга, командовал бомбардирским 36 пушечным кораблем «Дикий бык», заложенным в 1753 году на Олонецкой верфи. Обращу внимание, А.Д. Ярославов карьеру морского офицера начинал в Архангельске на Белом море, рядом с Олонецким уездом. А «Дикий бык» - был первый бомбардирский прам русского флота. В древнем Египте так называли суда фараонов. Подштурманом А.Д.Ярославова на корабле «Дикий бык» был П.Б.Слизов будущий генерал и капитан над Кронштадтским портом. Он участвовал с А.Д.Ярославовым в битве под Мемелем. Судя по биографии генерала П.Б.Слизова, в 1760-1761 году он тоже под командованием Алексея Дмитриевича Ярославова участвовал в битве под Кольбергом. «В 1758 году на праме «Дикий Бык» плавал между Либавою и Кронштадтом»....

В годы Семилетней войны А.Д.Ярославов (Богдановская ветка) был близок с А.Т.Ярославовым, состоявшим в штате генерал-фельдмаршала графа П.С. Салтыкова, и М.И. Ярославовым, на должности генерал адъютанта премьер-майорского чина у генерал-аншефа и лейб-гвардии полковника С.Ф.Апраксина - первого главнокомандующего в Семилетней войне в Европе, на смену которому пришел П.С.Салтыков. Участию А.Д. Ярославова в Семилетней войне посвящена статья: «Царские Грамоты боярам Ярославовым о жалованных вотчинах и воинских званиях. Ярославовы в годы Шуйских.

А.Д.Ярославов был крупный помещик. В Ярославском уезде ему принадлежало сельцо Акуловское.

Потерпевшая крушение галера "Гогланд" в настоящее время хранится в Литовском морском музее. На ней поставлялись вина к дворцу императрицы Елизаветы Петровны. А в доме на Большой Морской 13 жили, как раз, коммерсанты, имевшие отношение к торговле заморскими винами. Здесь же жил григкомиссар Цейс, отвечавший за снабжение войск (1761- 1764) именно в годы Семилетней войны (1756-1763). И переход дома к директору коммерческой компании Ивану Алексеевичу Ярославову - внуку Алексея Дмитриевича Ярославова, изучавшего глубины Финского залива и морские пути, видится естественным. Также как и проживание Прусского посланника в этом доме при Ярославовых, которые владели им не менее 20 лет.

После продажи дома Антонову, среди жильцов дома - издатель И.Н.Греч - член-корреспондент Петербургской академии наук,близкий к масонской ложе "Избранного Михаила", дебютировавший статьёй «Синонимы. Счастие, благополучие, блаженство» в «Журнале российской словесности» в 1805 году, которого посещали в этом доме на Большой Морской 13 Пушкин, Грибоедов, Булгарин. Тут же располагалась типография, где печатался издаваемый Гречем журнал "Сын отечества". В 1816—1825 в журнале участвовали декабристы, в т.ч. В. К. Кюхельбекер, упоминавший на его допросах, после декабрьского восстания, госпожу Ярославову. К участию в журнале были привлечены К. Н. Батюшков, А. С. Грибоедов, Г. Р. Державин, В. А. Жуковский,А. С. Пушкин. Н.Греч участвовал и в издании журналов «Гений Времён», «Журнал новейших путешествий», «Европейский музей».

После восстания декабря Н.Греч так писал о декабристах «… В этом списке, в этом очерке лиц, участвовавших в происшествиях декабря 1825 года, ограничился я только теми, которых знал лично или по достоверным сведениям. Пострадали не виновные, но прикосновенные к делу, в том числе Михаил Федорович Орлов (сын Т.Ф.Ярославовой) , Федор Николаевич Глинка, Демьян Александрович Искрицкий…Мы же, свидетели этих происшествий, приятели и знакомые многих из сих лиц, знаем, что в числе их много было людей совершенно невинных, погибших от злобных наветов…. Удивительно еще, как не погибло большее число жертв, как уцелел пишущий эти строки: спасением своим обязаны они не беспристрастию и справедливости следователей, а праводушию и благородству некоторых подсудимых, которые отстояли их.

В числе заговорщиков и их сообщников не было ни одного не дворянина, ни одного купца, артиста, ремесленника или выслужившегося офицера и чиновника. Все потомки Рюрика, Гедимина, Чингисхана, по крайней мере»

Однако в книге «Декабрист» об Н.Грече пишут так «Тот самый Греч, приятель Булгарина, олицетворявший продажное начало в русской публицистике, которое отравило многие дни Пушкина, вызывало интриги в литературном мире. Тот самый Греч, но на сей раз не в качестве исследователя, а опять же… агента Третьего отделения, призванного сочинить ответ де Кюстину…
В Париж приехал один из врагов Пушкина. Он был занят сочинением своих официальных версий в угоду царскому правительству и тем самым стремился не к бессмертию, а к деньгам.
В июле 1843 года Греч жил в Гейдельберге. Оттуда он отправил письмо Л. В. Дубельту – помощнику Бенкендорфа. Вот выдержка из этого послания: «Из книг о России, вышедших в новейшее время, самая гнусная есть творение подлеца маркиза де Кюстина… Испросите мне позволение разобрать эту книгу… по получении соизволения свыше напечатаю, а потом издам в Париже по-французски… Ради бога, разрешите, не посрамлю земли русския!...»
«Мыслящая Россия» встретила книгу Греча с презрением. Тургенев писал своему другу Вяземскому с сарказмом: «Русские и полурусские дамы получили печатные карточки: г-н Греч, первый шпион его величества российского императора»
(Бригита Йосифова, Декабрист»). После Антонова, сдававшего дом на углу Большой Морской и Кирпичного пер. Н.Гречу и его издательству, он принадлежал Обществу попечительства о бедных духовного звания.

До 1890-х годов в доме №13 снимало помещение Страховое общество "Россия", переехавшее отсюда в дом №37, который для него перестраивал архитектор Л.Н. Бенуа. Интересный факт. С 1925 года в новом здании страхового общества «Россия» на Большой Морской 37 размещалось «Северо-Западное областное акционерное общество "Радиопередача". Здесь были оборудованы две студии, откуда велись передачи. Антенну протянули к кресту Исаакиевского собора. На здании установили один из трёх первых в городе репродукторов" (Здания страхового общества Россия. Большая Морская 13 и Большая Морская 37).

В 1909 году в доме по адресу Большая Морская 13 «располагалась контора подрядчика строительных работ Карла Осиповича Гвиди, строившего церковь в Царском Селе для императорского конвоя и сводного полка» ( «Всё храмостроительство при Псковском Князе Ярославе Оболенском в Пскове и Москве. Оплоты православия и стратегические погосты. Древнее Псковское зодчество»).

А у основания императорского конвоя и охраны императоров стоял П.А.Черевин - правнук М.М.Ярославовой («Казачий Полковник» П.А.Черевин – основатель охраны Российских Императоров и Освобождение Софии от османского ига»).

В статье, процитированной выше, фамилия владельца названа Ярославцев. Однако в других источниках , преобладающих по числу, этот же дом на Большой Морской 13 назван владением купца Ярославова. И жила в нем семья Зиндерфрем, в т.ч. числе, Зиндерфрем Анна Мария.

Однако первый раз об этом владении Ярославовых я узнала в связи с фактом о том, что здесь проживал И.Я.Мейер.

И когда я искала сведения об этом И.Я. Мейере, то пришла к выводу, что упоминание относится к художнику XVIII века.

Спустя годы мне вновь встретилась история И.Я. Мейера, причем в контексте его однофамильца художника Е.Е.Мейера, а также в контексте Петергофа и Пушкино (Царского села), где строили упомянутую выше церковь императорского конвоя.

( «Музей «Петра и Павла» и «флигель Ярославны» на Чистякова - Ожаровской. Художницы и Джованнины о мечте и реальности. И в Иверии, и на реке Сить»).

Первым владельцем из Ярославовых дома № 3 в Кирпичном переулке был купец Алексей Иванович Ярославов, а затем его сын Петр Алексеевич Ярославов - тезка отца Елизаветы Петровны Ярославовой-Берниковой. Однако с учетом возраста и того факта, что дядей Е.П.Ярославовой был Иван Алексеевич Ярославов, первый собственник дома, как сказано выше, - её двоюродный брат.

Во всяком случае, совпадение имен Ярославовых владельцев этого дома на пересечении Большой Морской и Кирпичного переулка с именами родственников Елизаветы Петровны Ярославовой - Берниковой обращает на себя внимание.

Тезки родственников Е.П. Ярославовой - Берниковой владели домом 13 на ул. Большой Морской с 1778 года.

В близкие годы по адресу Невский проспект № 7, 9 – Малая Морская № 1 появилось и угловое владение братьев Сергея и Семена Берниковых, один из которых был мужем Е.П.Ярославовой, упоминающейся среди дворян Олонецкой губернии.

В этом доме, построенном для архитекторов Берниковых, спустя десятилетия одевался на дуэль А.С.Пушкин.

«До второй трети XVIII века участки домов №7 и 9 по Невскому проспекту являлись частью Адмиралтейского луга, пустого пространства (гласиса) вокруг крепости - Адмиралтейства. В 1760-х годах был создан проект застройки кварталов в южной части луга. Один из кварталов включил в себя участок современного дома №7-9.

На плане 1797 года территория показана ещё не застроенной, числящейся за казной. То есть она была застроена позже, нежели чем другие участки в этом квартале. Первые здания здесь были построены только в 1802-1803 годах для художников братьев: Семёна Прокофьевича и Сергея Прокофьевича Берниковых. К 1821 году дом на углу Невского проспекта и Малой Морской улицы (№9) принадлежал Семёну Берникову, а другой (№7) - коллежскому секретарю Классену. Оба дома имели строгий классический вид» (Дом М. И. Вавельберга).

В 20 веке в доме Берниковых располагался Санкт-Петербургский торговый банк Вавельберга. Кроме него здесь работало правление Верхне-Исетских горных заводов. После перестройки это здание сравнивали с венецианским "Палаццо дожей", постройками в Болонье и Падуе.

Воспреемник при рождении Владимира Берникова, внука Елизаветы Петровны Ярославовой (Берниковой) - Иван Петрович Ярославцов

Проясняет историю с заменой фамилии ещё один документ - выписка о крещении внука Сергея Прокофьевича Берникова и Елизаветы Петровны Ярославовой.

Их сыном был Действительный статский советник и Кавалер Александр Сергеевич Берников . Ему принадлежал Доходный дом Берникова на Вознесенском проспекте 47, в котором жил А.С.Пушкин ( Доходный дом Берникова).

В 1825 году 10 мая (ст. стиль) у него родился сын Владимир Сергеевич Берников , воспреемником при крещении которого 20 мая (ст.стиль) был Статский (?) Советник Иван Петрович Ярославцов.

Иван Петрович Ярославцов упоминается среди Олонецких дворян рядом с Елизаветой Петровной Ярославцовой –Берниковой.

Однако Елизавета Петровна Берникова на самом деле - урожденная Ярославова, я не Ярославцова, что следует из писем П.А.Ярославова, доверенностей и архивов Аполлона Степановича Соколова – сына Ф.М.Ярославовой.

Ошибка в фамилии с добавлением буквы «ц» либо «у» (Ярослаувов) сделана уже в выписке о крещении, которая подписана Наместником Лавр архимандритом Паладием в 1833 году.

В контексте Петербурга речь могла идти о подворье Троице-Сергиевой Лавры - Сергиевой Пустыни или об Александро-Невской Лавре.

Архимандрит Паладий упоминается в трудах Брянчанинова, состоявшего в родстве с Ярославовыми, а также в переписке с Аполлоном Степановичем Соколовым, в чьих архивах упоминается также и Елизавета Петровна Ярославова-Берникова.

В седьмом и восьмом томе Полного собрания творений Игнатия Брянчанинова публикуются его письма, и письма , адресованные ему (А.Н.Стрижев. Седьмой и Восьмой тома)

Одно из писем относится к времени болезни архимандрита Паладия , незадолго до его смерти.

Это секретное письмо Архимандрита Аарона (А. Д. Петрова) — с 1821 г. иеромонаха Александро-Невской Лавры, а на дату послания архимандрита Троицко-Зеленецкого монастыря:

«По приказанию Его Высокопреосвященства Серафима митрополита, уведомляю Вас, отец Архимандрит: Паладий, наместник Лавры, 9 августа подал просьбу — отказался от наместничества за болезнию, определить в Киево-Печерскую Лавру в больницу до выздоровления, и еда откроица ваканция монастыря. Потому вас просит Владыка посоветоваться: непременно к нему пожаловать сегодня 10 августа вечером хотя в девятом или десятом часу. В наместники избрать располагается о. ректора Антонова монастыря отца Анатолия Новгородского, который здесь на чреде, впрочем ваш совет нужен Владыке».

Эта переписка архимандрита Аарона с архимандритом Игнатием Брянчаниновым позволяет сделать однозначный вывод, что выписку о рождении Владимира Александровича Берникова - внука Елизаветы Петровны Ярославовой-Берниковой подписал в 1833 году архимандрит Троице Сергиевой Лавры Паладий (Белевцев). Архимандрит Паладий (Белевцев) родился в Курске. «Окончил с отличием Петербургский артиллерийский корпус, где одним из его преподавателей был генерал-лейтенант граф А. А. Аракчеев. Через некоторое время поступил на послушание в Курскую Коренную Рождество-Богородичную пустынь. По благословению архиепископа Курского и Бел¬городского Феоктиста (Мочульского) руководил строительством нового Знаменского собора Курского Знаменского Богородицкого мужского монастыря в 1816—1826 годы. Его можно считать и соавтором проекта (имя архитектора не известно). В начале 1818 года отец Паладий был назначен настоятелем Знаменского монастыря. В июле 1820 года ему выпала честь встречать императора Александра I, посетившего Курскую губернию и ознакомившегося с ходом строительства Знаменского собора. В 1829 переведён в Санкт-Петербургскую Александро-Невскую лавру на должность её наместника, которую занимал до своей кончины 16 (28) октября 1842 года.

Поскольку Паладий был соавтором проекта Знаменского Собора в Курске, то вполне мог знать братьев архитекторов Берниковых. Крестить Владимира он мог только в том случае, если Владимир Александрович Берников в 1825 году родился в Курске.

Так или иначе, но в 1833 году, уже будучи в Петербурге он делал выписку о рождении, крещении и о воспреемнике со ссылкой на императорский указ. И вот в этом документе в фамилию воспреемника Ярославова добавлена или буква «ц» или буква «у», с учетом «длинного хвостика».

Источник , который прислал мне этот документ для меня анонимный.

Когда произошли перемены в фамилии, сказать трудно.

Или это имело место в 1833 году при императоре Николае I.

Или это современное «переписывание».

Ошибка в фамилии о рождении Владимира Берникова корреспондируется с тем, что иногда, на современных электронных картах Петербурга, фамилия собственника купца - "Ярославов" искажается, как "Ярославцев", что отличается от довольно редкого Ярославцов или Ярослаувов, как это написано у наместника архимандрита Александро-Невской Лавры Паладия.

Вне всякого сомнения, речь идет о Ярославовых, с учетом «менчаковских архивов» А.П.Соколова.

При этом, когда я объясняла в переписке эти искажения и приводила примеры, меня несколько "передернули". И сделали из написанного мною не верный вывод , что «Ярославовы=Ярославцевым», т.е. "перекинули мостик". Не исключаю с целью - распространить написанную мною историю рода Ярославовых на всех Ярославцевых.

Я говорила противоположное.

Пример такого же передергивания : «Город Ярославль основан Ярославом Мудрым. Я живу в Ярославле. Следовательно, я – Ярослав Мудрый».

Или - "Я родился на острове Кронштадт, следовательно я основатель Ордена Андрея Первозванного и все , что делал Иоанн Кронштадтский посвящено мне".

Это очень часто встречающаяся база для заблуждений и для создания ложной генеалогии, особенно пиартехнологами . Причем я получала и письма , отражающие такие намерения… «Вы упомянули в своих статьях такую-то топонимику. Мои предки тоже жили в этой топонимике, поэтому текст вашей статьи я распространю на своих предков».

Вместо поиска своих личных корней, происходит копирование истории чужих родов.

Потом в первоисточнике начинают видеть конкурента и добавляют букву «ц», меняя фамилии Ярославовых на Ярославцовых или Ярославцевых, как в приведенных выше примерах.

Архимандрит Паладий не исключаю мог написать фамилию и так, как в присланном документе. А в его биографии, в контексте Олонецкой истории, обращает на себя внимание учеба у генерал-лейтенанта графа А.А.Аракчеева в Петербургском артиллерийском корпусе до принятия монашества.

Усадьба А.А.Аракчеева находилась в Грузино на берегу Волхва, известном легендой о Кресте, который на горе установил сам Андрей Первозванный ( Усадьба Аракчеева).

Недалеко от этих мест находится «Акулова гора», изображенная на картине художника Поленова. Здесь же вотчины дворян Акуловых (Окуловых). Достаточно много внимания им было уделено в статье:

«Её высокоблагородие Госпожа Ярославова - мать братьев Орловых: Михаила, Алексея, Григория, Федора и дочери Анны Орловой»:

«Акулов (Окулов) Прокофий Иванович - супруг урожденной Елены Ивановны Черевиной - родной сестры Петра Ивановича Черевина, в свою очередь, супруга Марии Михайловны Ярославовой.

Бригадир П.И. Окулов - это дед декабриста Н.П. Окулова («Никита Кирсанов. «Декабрист из Пошехонья»).

Его дочь была замужем за А.В. Засецким- родственником названного брата А.Т.Ярославова.

Фамилия Акуловых (Окуловых) чаще всего упоминается в контексте Олонецких земель близ Ладожского озера. В 1703 году во времена Петра I газета «Ведомости» писала:

Не менее любопытно и то, что на гербе дворян Акуловых (Окуловых) изображена Акула.».

Т.е. Акуловы имеют отношение больше к морскому сюжету, чем речному.

А Грузино - Аракчеевское, но изначально – Андрея Первозванного и Ордена Андрея Первозванного , фресками которого украшена новая станция метро Адмиралтейская по адресу дома Ярославова - Кирпичный переулок № 3, Большая Морская 13

Иоганн Яков Мейер в доме Ярославова (1778) , Иоганн Георг Мейер и брат Иоганн Кристоф Мейер, Егор (Георгий) Мейер и вновь Иоганн Мейер (1842)

Как сказано выше, первый раз, когда я искала дополнительные сведения о доме директора коммерческой компании Алексея Ярославова, то изучала историю одного из арендаторов квартиры в этом доме – Иоганна Мейера, упоминавшегося в данных о домовладении Ярославова на пересечении ул. Большой Морской и Кирпичного переулка. Иоганн Мейер мне встретился в источниках только один - живописец. Однако были вопросы по датам, ведь в доме Ярославова он упоминается в 1778 году, а как известный в Петербурге живописец в сороковых годах XIX века.

Второй раз к теме Мейера меня вернула история музея П.Чистякова в Пушкино – Царском селе, на 22 версте от Петербурга. Супруга П.Чистякова была урожденной Мейер и тоже художницей, причем по династии, - также как и её отец Е.Е.Мейер, родившийся вне брака от некого негоцианта Мейера.

Задача различить Егора Мейера и Иоганна Мейера, и получить дополнительные сведения об их биографиях вставала не только передо мной.

В музее А.С.Пушкина хранятся редкие акварели с батальными сценами, созданные в годы Кавказского похода одним из этих художников Мейеров.

«работы этого замечательного художника, которые с полным правом можно считать художественно-историческими документами, хранятся в запасниках Русского музея, в Музее изобразительных искусств имени А.С.Пушкина и Российском государственном историческом архиве».

Установлению авторства этих гравюр посвящена большая статья «Живописные виды императорских дворцов и садов в окрестностях Санкт-Петербурга. По рисункам И.Я. Мейера, гравировал К.К. Шульц» автора Махлевича Я.Л..

Эта публикация цитировалась мною в статье о музее П.Чистякова.

Автор обратился к фундаментальному изданию Тиме и Беккера:

"В словаре — около тысячи художников по фамилии Мейер. Имена двухсот из них начинаются с «J»… Но весьма серьезная научная статья утверждала: из всех Мейеров «в России работали согласно словарю Тиме и Беккера трое». Далее уточнялось: третий назван ошибочно, на самом деле их было лишь двое — братья Иоганн Георг и Иоганн Кристоф из Нюрнберга, которые служили в Российской Академии наук с 1778 по 1816 год…"

Названный 1778 год совпадает с годом, когда в доме купца и коммерсанта Ярославова на Большой Морской 13 проживал Иоганн Мейер. Получается, - это кто-то один из братьев, служивших в Российской Академии наук. Или упомянут только один из них. При этом, в одном случае, в данных домовладении его фамилия названа Мейер, в другом - Меер, с указанием имени – Иоганн.

Об Иоганне Георге Мейере приводятся следующие сведения :

«(Meyer, 1759 (60) -1832) — немецкий живописец и писатель по части искусства, известный в Германии под названием Гётевского М. Выучившись живописи в своем родном городе, Цюрихе, под руководством И. К. Фюсли, отправился в Италию, подружился там с Гёте…. С 1807 г. до конца своей жизни был директором Веймарской рисовальной академии». ()

Его брат Иоганн Кристоф Мейер на 4 года младше. И его называют автором Катафалка над гробом Петра III и Екатерины II в домовой церкви Зимнего дворца:

«Майр (Майер, Меер), Иоганн Кристоф (Иоганн-Христофор) (Mayr Iohann Christoph de) (1764, Нюрнберг – 1812, Петербург). Россия. Конец XVIII века». Одна из вариаций его фамилии Майр Иоганн Кристоф.

Гравюры иногда были с подпись Мейера, иногда – нет.

Некоторые из его работ : два портрета Дашковой; Ломоносов; Львов; Павел I ("согге р. Мауг");Три картинки из жизни Суворова; Портрет Бюффона: "J.C. Mayr Sс."; "Kirianowa... du cote fu jardin... G. Mayr pinx. C. Mayr sculp"; Две доски в Атлас к книге Реймерса 1793 года: Гавань грава Остермана; Конь Камень на Острове Коневце; Валаамский Монастырь на Остр. Валааме; Порог Кивач на Р. Суне, впадающей в озеро Онего; Соборная Церковь в Петрозаводске».

Отцом Егора Егоровича Мейера – будущего академика Императорской академии художеств, рожденного в 1822 (23) году мог быть только Иоганн Георг Мейер (J.Meier) , потому что его брат умер в 1812 году. А других иностранцев Мейеров, которые могли бы быть отцом Е.Е. Мейера в России не было, о чем сказано выше. К тому же крестным Е.Е.Мейера был Вице-адмирал Рикорд, а вся история, о которой идет речь в контексте дома Ярославова на ул. Большой Морской имеет отношение к Морскому делу.

Речь идет об «адмирале из Торопца» Петре Ивановиче Рикорде - начальнике Камчатки, который на дату рождения и крещения художника Е.Е.Мейера редкие годы был в России:

«По возвращении Рикорда из Камчатки он был назначен, в мае 1822 года, командиром 2-го флотского экипажа, а в марте 1825 года — капитаном Кронштадтского порта и находился в этой должности до 1827 года; 1 января 1826 года он был произведён в капитан-командоры, а 6 декабря 1827 года — в контр-адмиралы».

Каптан Рикард известен тем , что несколько лет спасал своего командира из Японского плена, получил орден Святой Анны 2-й степени с бриллиантами «за человеколюбивое попечение о благе жителей Камчатского полуострова»,с 1833 года он был председателем Пароходного комитета, а апрельским вечером 1854 года император лично назначил Петра Ивановича Рикорда главнокомандующим обороны Крондштадта, где он впервые применил мины Нобеля за защиты Кронштадта от английского флота.

История эта, как видим, опять же связана с Кронштадтом.

В 1842 году в Россию на открытие «для публики двери Академии художеств, вмещающей в себя теперь все, что художники наши и иностранные произвели для России в течение трех лет» прибыл тезка Иоганна Якова Мейера, проживавшего в доме коммерсанта Ярославова на Большой Морской № 13 в 1778 году.

«24 сентября прибыл пароход «Наследник» из Любека. На нем находились между прочим следующие пассажиры: живописец Мейер». На Всеобщую выставку прибыла также «многочисленная и чрезвычайно избранная публика».

Иоганн Яков Мейер оказался косвенно связан и с домом «У Триумфальной арки», потому что протекцию в России ему делал Н.Греча, проживавший в этом доме Ярославова и издававший там журнал «Сын Отечества».

«…Он являлся дальним родственником жены писателя Н. Греча, что помогло ему быстро организовать в столице выставку своих работ. Вскоре волею судеб Якоб Мейер стал известен Императорской фамилии и исполнил для семьи русского царя акварели нескольких петергофских видов. А затем в 1843–1845 гг. по протекции неизвестного высокопоставленного лица он попал в качестве наблюдателя на театр военных действий Кавказа…» - так пишет об этом Махлевич, автор цитировавшейся выше статьи.

Н.Греча организовал выставку картин Иоганна Мейера в его доме, уже на Мойке, около дворца Юсупова, что недалеко от дома Ярославова на Большой Морской.

Ещё одна ключевая фигура в петербургском периоде Иоганна Мейера - Муральт, пастор немецкого прихода Реформатской церкви (Большая Конюшенная, четвертый дом от Невского) и учредитель частного пансиона, вместе с его племянником «библиотекарем».

"В начале XIX века в Публичной библиотеке состояли на службе виднейшие представители отечественной литературы: поэты К. А. Батюшков и А. А. Делцвиг, писатель М. А. Загоскин, переводчик «Илиады» Н. И. Гнедич. Бессменным директором оставался А. Н. Оленин — историк, археолог, президент Академии художеств...".... Племянник пастора "Эдуард Гаспарович фон Муральт, доктор философии..." к дате, "когда в 1838 году Оленин назначил его «исправляющим должность библиотекаря». Русским отделением заведовал в ту пору И. А. Крылов. Кроме него в штате библиотеки были три университетских профессора...Сам Муральт младший, назначенный состоять при «депо манускриптов», уже через два года выпустил в свет каталог греческих рукописей — первый печатный каталог в истории Публичной библиотеки. Тогда же он получил еще одну должность. Произошло все благодаря бывшему сотруднику его дядюшки, уроженцу Женевы. Флориану Антоновичу Жилю,ставшему учителем царских детей по рекомендации пастора....В Эрмитажной библиотеке срочно потребовался помощник, им и стал Э. Муральт, продолжая при этом службу у Оленина.

После того как Иоганн Якоб Мейер был оценен царским семейством и создал десятки прекрасных акварелей дворцов в пригородах Петербурга , братья торговцы картинами Фельтен , однофамильцы архитектора Ю.М,Фельтена "попросили выполнить для них два десятка пейзажей; работы были срочно отправлены в Париж, переведены на камень и выпущены отдельным альбомом" /7/.

Далее Махлевич Я.Л. , статью которого я цитировала выше, переходит к доказательству того, что автором кавказских акварелей был не Е.Е.Мейер, а И.Я.Мейер, побывавший на Кавказе в возрасте около 60 лет и выкроивший для этого время между работой над пейзажами Петербурга.

Одного из героев этой акварели он идентифицирует, как "командующего войсками Кавказской линии генерал-лейтенанта В.О. Гурко - отца того самого О.В.Гурко, который брал болгарскую Софию вместе с главой СЕИВ Конвоя П.А.Черевиным - внуком М.М.Ярославой-Черевиной. Время - лето 1843 года.

"Уверясь, что на акварелях — реальные исторические события, назовем их участников. Юным прапорщиком гвардейского Семеновского полка участвовал Гурко в Бородинском сражении. По окончании Отечественной войны был частым гостем знаменитого салона Олениных в Петербурге....Много позднее, в 1877—1878 годах широчайшую известность этой фамилии доставил его сын, генерал-фельдмаршал Осип (Иосиф) Владимирович Гурко, чей военный талант сыграл немалую роль при освобождении Болгарии от османского ига".

Тут же на Кавказе в 1843 году - наместник Воронцов. Начальником же штаба у Воронцова был тогда не кто иной, как Владимир Осипович Гурко...."

Махлевич Я.Л. Исходит из того, что В.О.Гурко (отец) был знаком с Президентом Академии художеств Олениным и близок к Оленину был также И.Я.Мейер, поэтому автором кавказских акварелей является он.

Однако участником дальних экспедиций, в т.ч. с Чихачевым - однофамильцем однокурсника Игнатия Кавказского (Брянчанинова), принявшим с ним постриг, был все-таки Егор (Георгий) Мейер, отец художницы В.Е.Мейер (Речь идет о Чихачёве из рода директора города Гатчины).

К тому же, в доме Ярославова на Большой Морской 13, уже после, того как там жил Н.Греча , «располагалась контора подрядчика строительных работ Карла Осиповича Гвиди, строившего церковь в Царском Селе для императорского конвоя и сводного полка». Одним из командиров СЕИВ Конвоя был П.А.Черевин - потомок Ожаровских по женской линии. Улица Ожаровского в Царском селе позже была названа в честь фамилии художника Чистякова - мужа В.Е.Мейер и родственника художника Е.Е.Мейер. А во флигеле "Плач Ярославны" около дома П.Чистякова была написана книга О.Форш о Михайловском замке, посвященная не только Павлу I, но и художнику , принимавшему участие в военном походе и фиксирующему на его рисунках ход и историю военных баталий.

Продолжение следует

[1] Гравюра 1873 года. Ропшинский дворец
[2] Адмиралтейская со ссылкой на http://fotki.yandex.ru/
[3] Адмиралтейские Триумфальные ворота Санкт-Петербурга около дома на Большой Морской 13 на пересечении с Невским проспектом
[4] Петербург " с птичьего полета". 100 статей о Петербурге. Богуславский
[5]Дом Инвалидов «Короля – Солнце» в Париже, где Наполеон вручал ордена Почетного Легиона и Дом Инвалидов, основанный Ярославовым, в городе имени Князя Даниила
[6] Адмирал из Торопца
[7]Живописные виды императорских дворцов и садов в окрестностях Санкт-Петербурга. По рисункам И.Я. Мейера

Все материалы раздела «История Ярославовых. Камень и вода»

Реклама


© Авторские права на идею сайта, концепцию сайта, рубрики сайта, содержание материалов сайта (за исключением материалов внешних авторов) принадлежат Наталье Ярославовой-Оболенской.

Создание сайта — ЭЛКОС