Персональный сайт Натальи Чистяковой — Натальи Ярославовой
Natalia Chistiakova—Natalia Yaroslavova’s Personal Website

Три древних «Кремлевских» захоронения в храме Рождества Иоанна Предтечи на Пресне: чета Ярославовых и грузинский владыка Роман (князь Эристави), Ч.7

    • Алексий (Бяконт) - митрополит Киевский и Всея Руси, основатель Чудова монастыря (равносторонние греческие кресты)
    • Закладные доски четы Ярославовых в Храме Рождества св. Иоанна Предтечи на Пресне (греческие кресты)
    • Свято-Троицкий собор (справа) и Гостиный двор, Пошехонье
    • Церковь Успения Богородицы, с колоннами… Пошехонье
    • Адрианов монастырь в Пошехонье, гравюра 1891 года
    • Преподобный Адриан Пошехонский, «Новый Дом Богородицы»
    • Никольский храм, Мышкин 1766-1769 годы
    • Никольский храм с колоннами. Мышкин 1766
    • Церковь Успения Богородицы, с колоннами, И.Манфрини, город Мышкин
    • Церковь Успения Пресвятой Богородицы, И.Манфрини (другой ракурс)
    • Икона Божией матери «Акафистная», 1909, с горы Афон. Храм Рождества святого Иоанна Предтечи, путеводитель
    • Икона Божией Матери «Бысть Чрево Твое Сятая Трапеза», конец XVII века. Предтеченский храм
    • Союз Русских эмигрантов Греции: Орлов, Романова, Ушаков, Демидова
    • Переславская потешная флотилия на озере Плещеево 25 августа 1692г, http://www.pionertur.ru/2246/2408.html

© Н.Б.Чистякова-Ярославова
20 января 2012 года

Род Бяконта и Плещеевых мне видится важным в истории храма Рождества святого Иоанна Предтечи на Пресне, с его уникальными закладными досками четы Ярославовых, отмеченными равносторонними греческими крестами, подобными тем, какие мы видим и на священнических одеждах митрополита Киевского Алексия (Бяконта) - регента при малолетнем Дмитрии Донском.

Отцом патриарха Алексия был черниговский боярин Федор Бяконт, родоначальник дворянских родов Игнатьевых и Плещеевых, похороненный в Донском монастыре. И как уже сказано в предыдущих главах, именно этому митрополиту Киевскому - Алексию (Бяконту), просвещенная ханша Тайдула, находившаяся в переписке с папой Римским, подарила земли, на которых позже им был построен Чудов монастырьили иначе - монастырь Чуда архистратига Михаила.

Позже в этом же Чудовом монастыре был похоронен заволжский старец, игумен Троице-Сергиевой Лавры Паисий (Ярославов) . В XVII веке архимандритом в Чудовом монастыре был уже будущий святейший патриарх Иоаким, благословивший строительство храма Рождества святого Иоанна Предтечи на Пресне. А два века спустя, певчими Чудовского хора стали Павел, Петр и Николай Ярославовы из Ярославля и Пошехонья.

Причем именно это Пошехонье на реке Согоже - притоке Шексны объединяет Ярославовых из карельской Сегежи и Кемского острога Соловецкого монастыря, с Ярославовыми, непосредственно из Пошехонья и города Мышкин, а также с Ярославовыми села Николо-Березовка, города Бирска и Печенкин, прошедшими через Сарапул.

Одновременно, некими таинственными и объединяющими фигурами являются «Уединенные Пошехонцы» из школы «Кирилловских святых», в частности, Адриан Пошехонец и черноризец Иона Пошехонец, которого, как это видится, можно отождествить с черноризцем Бестужем (Безтужем) из рода Плещеевых.

Мистический старец Иона Пошехонец известен в связи со строительством церквей в Пошехонье, Николо-Березовке и Верхотурье.

В частности, в статье «Пошехонье и Верхотурье - невидимая связь» её автор Валерий Карсаков пишет:

«В небольшой книжке, приобретенной мной по случаю в Адриано-Пошехонском монастыре и составленной двумя очень уважаемыми людьми игуменьей Даминаной и матушкой Елиазарой говорится следующее: «В житии преподобного Адриана Пошехонского упоминается Свято-Троицкая Ионина пустынь, которая располагалась на излучине рек Соги, Согожи и Петромы (т.е там где стоит сейчас в Пошехонье Троицкая церковь «иже под колоколы»). Основал ее старец Иона, прозванный «Пошехонец». Позже он стал основателем Никольского монастыря в Верхотурье. Блаженный Иона был современником святого Адриана Пошехонского, но пришел в Пошехонье раньше».

В житии «Преподобномученика Адриана Пошехонского» история появления старца Андриана в пошехонских землях представлена в следующей загадочной версии:

«Это происходило в 1540 г.; в Корнилиево-Комельском монастыре подвизались два инока, связанные узами духовной дружбы, - Адриан и Леонид. Раз в церкви Адриан обратил благоговейное внимание на незнакомого ему величественного старца благолепной наружности, и он спросил его имя. «Я - Бестуж», - ответил старец. Старец Адриан пригласил его в свою келью, и во время духовной беседы старец Бестуж открыл ему, что ему, Адриану, суждено Богом основать монастырь и что он знает пустынное место, подходящее для безмолвной молитвы. По уставу прп. Корнилия игумен не должен был удерживать в монастыре иноков, желавших посвятить себя уединенной жизни. Прощание происходило у могилы прп. Корнилия. Игумен благословил старца Адриана и ученика и друга его, старца Леонида, иконой Успение Божией Матери, и они отправились в путь, с намерением создать «Новый Дом Богородицы».

В дремучем лесу, в 5 верстах от теперешнего города Пошехонья, старец Бестуж чудесно скрылся из очей своих спутников, пораженных благоговейным изумлением, а лес в то же время огласился таинственным звоном невидимых колоколов»

В ряде источников указывается даже точная дата этого события

«Под праздник Воздвижения Креста Господня, 13 сентября 1540 года, в дремучем лесу, в пяти верстах от теперешнего города Пошехонья, старец Безтуж стал невидим для своих спутников, пораженных благоговейным изумлением, а лес огласился таинственным звоном невидимых колоколов»

Напоминает мне эта история о колокольном звоне Большого Китежа, ушедшего под воду…

«Три года прожили преподобный Адриан и преподобный Леонид в лесу, вознося Господу горячие молитвы, терпя нужду и поношения от злых людей, а затем приступили к осуществлению заветного намерения. Прежде всего, они отправились в Москву, к митрополиту Московскому Макарию, испросить благословения на основание в Пошехонской стороне, на реке Ветхе, обители и храма в честь Успения Божией Матери.

Святитель Макарий благословил подвижников устроить монастырь в пяти верстах от города Пошехонья и вручил им храмозданную грамоту…. Женщины совершенно не имели доступа в монастырь, поэтому его называли еще Северным Афоном». («Пошехонский Свято-Успенский Адрианов мужской монастырь»).

Точнее, думаю, назвать «Новый Дом Богородицы», ведь именно его шел строить Адриан в Пошехонье, на том месте, которое выбрал благолепный старец Безтуж.

И в данном случае, похоже, мы имеем дело с ещё одним «забытым» Уделом Богородицы, как это было в Кенигсберге и Меджибож («Белая Русь: «Орден Лебедя» города «Между Богов» и место паломничества хасидов всей планеты»).

Более того, это место именно безмолвной молитвы, т.е. умственной молитвы, как говорил Безтуж будущему Адриану Пошехонцу.

Спустя столетия, как это наблюдается по всей России, монастырь, изначально посвященный Богородице, превратился в мужской Пошехонский Свято-Успенский Адрианов монастырь.

А из того Богородичного (в смысле - женской ипостаси), что там осталось, меня радует, более другого, церковь во имя святых Адриана и Наталии с приделом во имя преподобного Михаила Малеина, которую благословил возвести над святыми вратами в 1700 году митрополит Ростовский и Ярославский Иоасаф (Лазаревич, † 1701),

Быть может, как раз в этом, одна из причин того, что имя Наталья оказалось распространенным у пошехонских Ярославовых («Четыре ЯН: Натальи Ярославовы и их Михаилы … От XIII до XXI века»)

Ведь Пошехонье, бывшее село Белое, стало известно благодаря Адрианову «Новому Дому Богородицы», а имя Адриана можно сказать, неразрывно связано с именем Наталья («Наталья, Адриан и Владимир: 8 сентября» Глава двадцать четвертая «Утоли мои печали, Натали. Паломничество по собственной жизни»)

Продолжая разговор о Безтуже, приведу данные Ономастикона Веселовского . В нем указывается, что от некого Безстужа Андреевича Плещеева (конец XV в) произошла дворянская фамилия Плещеевых.

Жил, в свое время, по Веселовскому, Илья Бесстуж, дьяк Великого князя Василия Темного. Их современником, что важно в этой истории, был Преподобный Макарий, обустроивший Троицкий Желтоводский монастырь при содействии князя Василия Темного. Дело в том, что в предыдущих главах я упоминала летопись этого Желтоводского монастыря о временах Смуты, которую держал в руках один из основателей горного дела на Урале и известный историк В.Н.Татищев и называл её сокровищем.

Упоминается в летописях Безстуж Андреевич Плещеев (Плещей). Жил он в конце XV в..Был и Матвей Бестужев, посол в Орду, 1477 г., а также Осип Иванович Образец (Образец) Бесстужев, убитый в 1485 г. под Казанью. К 1500 году относится упоминание Безтужа Аврамова, помещика. Считается, что и Бестужевы - Рюмины, также относятся к потомкам этого дьяка Бестужа.

Что касается Плещея, то Плещеем именовался Александр Фёдорович Плещей (Плещеев) - боярин, воевода, младший сын Фёдора Бяконта. Брат Александра Плещея - Елевферий - впоследствии Алексий, как раз и был Киевским митрополитом или митрополитом Всея Руси, построившим Чудов монастырь.

В летописях Александр Фёдорович Плещей упоминается как воеводаКостромской. («Безтуж Плещеев»)

А поскольку патриарх Алексий (Бяконт) был регентом Дмитрия Донского, быть может, этим родством братьев и определялся выбор Ипатьевского монастыря, как обители, в которой Дмитрий Донской смог найти защиту от татарских войск. Либо, наоборот. Воеводой в Кострому, Александр Плещей, брат Алексия (Бяконта) был поставлен для обороны Ипатьевского монастыря, где дважды находил защиту Дмитрий Донской, сначала один, затем с сыном («Ипатьевские тайны: Князья и Императоры Дмитрии Угличские и Великие князья Красные, Ч.1»)

В статье по истории Никольского монастыря в Верхотурье, фамилия Плещеева тоже упоминается, но в следующем контексте :

«Основан в 1604 г. иноком Ионою Пошехонцем по велению царя Бориса Годунова, давшего грамоту Неудаче Остафьеву Плещееву и голове на Верхотурье Матвею Хлопову, в которой предписывалось снабдить монастырь всем необходимым для церковного служения и содержаний монастыря»

Иная версия, этого же события звучит так:

«В 1604 году иеромонах Иона Прокофьев, прозванный Пошехонцем»… повелением царя Бориса Годунова, давшего грамоту Неудаче Остафьеву -Плещееву и голове на Верхотурье Матвееву -Хлопову с предписанием снабдить монастырь всем необходимым для содержания и богослужения …», основал Верхотурский мужской монастырь («Государева (Бабинская) дорога») . Интересно, что речка, на которой основан этот Никольский монастырь в Верхотурье называется Свияга, что напоминает и о месте гибели есаула Михаила Ярославова, и об Успенском Свияжском монастыре, опоясывающая надпись которого хранит память о московском императоре Дмитрии Ивановиче. Правда, основал Никольский монастырь Иоанна Пошехонец до того, как Дмитрий Иванович стал императором («К разговору о казачестве: История гибели разинского есаула Михаила Ярославова близ Свияжских святынь»)

Таким образом, можно высказать три гипотезы касательно происхождения Ионы Пошехонца.

Первая : черноризец Бестуж, приведший Адриана в Пошехонье и черноризец Иона Пошехонец, основавший там Троицкую пустынь - это одно и тоже лицо. При этом, благолепный старец явившийся Андриану Пошехонцу принадлежит известному роду патриарха Алексия Бяконта.

Вторая версия - Иона Пошехонец имел в светском мире имя «Неудача Остафьев -Плещеев» и на это имя ему была дана грамота царем Борисом Годуновым, проявившим уважение к начинанию человека из рода патриарха Алексия (Бяконта). Вторая версия близка к первой, т.к. старец, и в этом случае - потомок Бяконта.

Третья версия - Иона Пощехонец в миру является неким Прокофьевым.

Прежде чем прокомментировать эти версии приведу копию письма правнучки Павла Николаевича Ярославова - Надежды, на «Плещеевскую тему».

Не случайно же, её отец Дмитрий Ярославов (Лунев) возил её по местам,связанным с историей рода Ярославовых («Дворяне поэты, Белая Дама - Тригла и валлийский «Godоdin»: Дмитрий Ярославов: «Сон про Облакон»).

К тому же, в житии Адриана Пошехонца упоминается «чудо с рыбой», т.е питались монахи рыбой и грибами.

Причем мой отец Борис Ярославов особо выделял ту самую рыбу ряпушку, которую упоминает в своем рассказе Надежда. Был он и опытным грибником, в чем также отмечается совпадение с тем, что было на столе в семье Павла Ярославова.

Итак, цитата из письма

«…Мой отец неоднократно рассказывал об образе жизни прибрежных районов Плещеева озера. По его словам, в озере водилась пресноводная селёдка (позже я

узнала, так местные жители называют рыбку ряпушку). Он рассказывал, что вода озера очень близко походила к земельным участкам. Чтобы волоком не тащить лодки к озеру, местные жители рыли каналы на своих участках и по ним спускали в озеро лодки, на которых ловили ряпушку . По его словам, сейчас эта рыбка полностью истреблена.

Раньше я не связывала рассказы о Плещеевом озере с Ярославовыми, пока этим летом

мы не съездили в Переяславль Залесский.

Посёлок Ашукино находится от Переяславля Залесского сравнительно недалеко (1,5часа езды на машине). В Переяславле Залесском на Плещеевом озере мы посетили музей ботика Петра I «Фортуна».

На том месте, где спускалифлотилию Петра в воду, сейчас находится городской пляж. Я была поражена, насколько озеро обмелело. До середины озера можно дойти, едва

замочив ноги (глубина озера по колено)…Даже для потешногофлота Петра озеро очень мелкое. Дома местных жителей находятся на значительном расстоянии от озера. Озеро

окружают заболоченные берега. То, что я увидела на Плещеевом озере, абсолютно не совпадало с рассказами моего отца.

При Иване Грозном лов ряпушки был под запретом, т.к. рыбка подавалась к царскомустолу. К 20-му веку ряпушку почти полностью истребили. Её добыча потеряла промысловое значение, и она была занесена в Красную книгу. Запретили на озере использовать плавательные средства на дизельном топливе. Действительно, вода сейчас в озере очень чистая.

Таким образом, события, описанные моим отцом в рассказе о Плещеевом озере, могли происходить в 18 или 19 веке. Возможно, о Плещеевом озере он знал от своих родственников из Переяславля Залесского» .

Вот этот рассказ, отголосок из прошлого, является, с моей точки зрения, доказательством того, что история родов Ярославовых, Бяконта и Плещеева связаны.

По этой причине, более реальными мне представляются первые две из высказанных версий. К тому же, у меня давно был вопрос о том, почему царь Борис Годунов проявил такое большое уважение к начинаниям черноризца Иоаны Пошехонца. Объяснить это можно только его высоким происхождением и знанием тайн, известных лишь узкому кругу, к примеру, патриархов и митрополитов. Можно предположить, что речь шла и о миссии некого Ордена. Ведь активная деятельность Ионы Пошехонца пришлась на годы, в окрестности 1551 года и после него, которые упоминались мною в связи историей Мальтийского креста и Рыцарей Гроба Господня.

Речь, в частности, идет о следующем:

«…икона Николы Закамского появилась на Каме в 1551 году, т.е. на год раньше Тульской.

1551 - удивительный год !

Я уже писала о нем в седьмой части статьи: «Масонская табакерка Ярославовой - Брянчаниновой, Академия Наук Петра I, Дубровицы и Архангельское»:

«В эти самые 1551 и 1552 годы… отмечены странные «переезды» Николы Можайского на Волгу и Каму, а также появление фресок коптских христиан в Свияжской крепости … И главное здесь в том, что 1551 год - это год, в котором Рыцари Ордена Святого Иона Иерусалимского вынуждены были оставить город Триполи - столицу Ливии».Т.е. получается, что и Никола Тульский, появился в Казани где-то в эти же годы, т.е. в 1551-1552 г.г. («Ипатьевские тайны: Князья и Императоры Дмитрии Угличские и Великие князья Красные, Ч.8»)

Наряду с этим, в этом же 1551 году появился «Мономахов трон» - молельное место Ивана Грозного в Успенском соборе Московского Кремля»

На предполагаемую принадлежность Иоанны Пошехонца к Рыцарям Гроба Господня указывает и факт паломничества «дорогами Уединенного Пошехонца» Великой княгини Елизаветы Федоровны Романовой - супруги Рыцаря Гроба Господня Великого князя Сергея Александровича Романова.

После крестных ходов в Николо-Березовке Великая княгиня Елизавета Федоровна отправлялась в Верхотурье, где черноризцем Пошехонцем был основан Никольский монастырь.

На Каме же, Иона Пошехонец вместе со старцем Александром Мезенцем - автором Крюковой азбуки строил пещерный храм Преображения.

Что же касается Верхотурья, то храм Преображения Господня с приделами в честь Благовещения и во имя св. Архангела Михаила, был освящен там только в 1837 году, т.е. спустя, более чем век, после завершения храмостроительной деятельности Ионы Пошехонца.

В связи с темой Преображения упомяну необычный факт. Уже после революции 1917 года, улица Ярославская в Пошехонье была переименована в улицу машиниста кожевенного завода С.А.Преображенского - председателя Пошехонского ревкома. Он громил «контреволюционный элемент» и, надо так понять, церкви тоже . Убит он был, не где-нибудь, а именно у Адрианова монастыря, то есть остановил свой жизненный счет там, где Адриан Пошехонец основал «Новый Дом Богородицы».

В связи с важностью роли Ионы Пошехонца, прибывшего из Пошехонья сначала, все-таки не Верхотурье, а в район реки Белой и Камы, приведу историю его появления в этих уфимских и бирских землях.

«До того времени, как здешний край стал русским, не было монастырей в том виде, каковыми они являлись в России, .. в лесах и горах тогда называемой Башкирии могли жить пустынники и не только по одному, но и по несколько человек вместе, составляя из себя как бы братства: эти братства пустынников были всегда началом учреждения монастырей… как и все вообще древние русские монастыри». Существовали и устные предания об монахах-отшельниках, живших по берегам реки Белой.

По сообщению Р.Г. Игнатьева, во время трудного плавания и бури рабочие на баржах, плывших по реке, говорили: «Помогите нам, святые угодники, неведомые пустынножители здешних гор».

Ученый записал еще одну легенду. В 3 верстах от города Уфы, к деревне Глумилиной с правой стороны старой сибирской дороги в середине XIX в. примыкал лес, называемый «Попово жилище», - «в этом лесу, как говорит предание, очень давно, как еще начиналась Уфа, при царе Иоанне Грозном, поселился черный поп (иеромонах), родом Пошехонец. Черный поп долго жил в этом лесу пустынником, а потом переселился за р. Каму, в нынешний Осинский уезд Пермской губернии, где и основал монастырь».

После основания уфимского острога рядом с ним возникают три монастыря: Сергиевский мужской, Успенский мужской и Христорождественский женский…» («Первые храмы и монастыри Уфы (конец XVI-XVII век)», Янина Свице)

Вот на это редкое название Христорождественский я обратила внимание первый раз, когда изучала историю места рождения моего деда Романа Васильевича Ярославова - село Печенкин, одноименное названию «Товарищества А.Печенкин и Ко» совладельцем которой был В.В.Мартинсон («В Екатеринбурге в третий раз горит старинный флигель «Товарищества А.Печенкин и Ко» (ФОТО)»)

«Церковь во имя Рождества Христова построена в классическом духе в 1826-38 гг. Через 80 лет - в мае 1915 г., в единственном селе Уфимской губернии - Печёнкин, состоялось редкое событие: недалеко от церкви на возвышенной площадке по-над Белою-рекой под пение национальных гимнов и молитв «о даровании победы христолюбивому русскому воинству и всем православным христианам» была торжественно заложена часовня в увековечение памяти воинов текущей войны, борцам и защитникам Родины» (Христорождественская церковь, с.Печенкин)

В данном случае, это был последний прецедент соблюдения религиозного воинского культа, разрешенного патриархом Иовом, исключительно в Казанской губернии, что было сделано им в ответ на прошение епископа Казанского Ермогена.

Из-за редкости церквей во имя Рождества Христова или иначе Христорождественских, а также по той причине, что мне встретилась такая же церковь и в Пошехонье, я решила изучить их географию.

Выяснилось, что Христорождественская церковь есть в Суздале, где родилась Евдокия Суздальская - жена Дмитрия Донского и где была насильственно пострижена в монахини Соломония Сабурова.

Есть Христорождественская церковь в Каргаполе, где Соломония Сабурова одно время была в ссылке. А также в Астрахани. Вероятно, это не исчерпывающий перечень. Но это - первый ряд.

Наряду с культом Воинов Святых, а также Христорождественскими церквями, за всей это историей, что интересно, тянется ещё некий «Белый след» .

Это и река Белая, на которой основал Уфу воевода Михаил Нагой двоюродный брат царицы Марии Нагой - матери царевича Дмитрия и, вероятно, московского императора Дмитрия Ивановича («Ипатьевские тайны: Князья и Императоры Дмитрии Угличские и Великие князья Красные, Ч.8»). Московская дружина во главе с Иваном Григорьевичем Нагим высадилась на берег реки Белой недалеко от места, выбранного для строительства острога в Троицын день 1574 года (в XVI веке по юлианскому календарю это было 30 мая).

Это и Белая «сторожевая» гора близ Бирска.

Это и название Астрахани - Белый город, где была ставка Степана Разина и Михаила Ярославова, где пряталась Мария Мнишек и где умер грузинской царь Вахтанг VI - родственник владыки Романоса, резиденция которого была расположена в первой половине XVIII века около Храма святого Рождества Иоанна Предтечи на Пресне.

Это и город пяти рек Пошехонье, древнее название которого - Белое село, откуда инок Пошехонец прибыл по реке Белой в район Уфы, Бирска и села Печенкин - родины моего деда Ярославова Романа Васильевича. А затем в Николо-Березовку, на мою родину и родину моего отца Ярославова Бориса.

Это и Белый Спас - изначальное наименование Киево-Межигорского монастыря, где хранилась Владимирская икона Божией матери, и где будущий Святейший патриарх Иоаким принял постриг.

Ну и наконец, главная фреска храма Рождества святого Ионна Предтечи на Пресне является аналогом мозаики баптистерия в итальянском Альбиньи, что тоже переводится как Белый - Лебедь. На эту же лебединую белизну указывают и фрески В.М.Васнецова Предтеченского храма на Пресне, повторяющие фрески В.М.Васнецова Свято-Владимирского собора Киева. Нельзя исключить того, что художник Васнецов хотел самим фактом повторения этих фресок указать на некую преемственность Предтеченского храма на Пресне - от собора Святого Киева во Владимире и от Православия в польской Варшаве .

Если выделить в этой истории романовские времена, то мне видится, что главным в этой «Белой Географии» было село Белое - Пошехонье, а также соседний город Мышкин, летописец которого Платон Ярославов, сохранил в своих дневниках историю уничтожения мышкинских храмов после революции, а также историю об образах Николая Чудотворца, проступающих на досках пола, «сколоченного» из икон, в церкви Николы, превращенной в танцклуб.

Ярославовы из города Мышкин и Ярославовы из Пошехонья состояли в близком родстве. Указанием на это является тот факт, что артист Платов (псевдоним), на самом деле - Евгений Платонович Ярославов находился в переписке с Петром и Павлом Ярославовыми, в годы их жизни в Москве. К тому же, в архивах Ярославовых сохранились афиши артиста Платова («Реставрация имен, икон и родства: Ярославовы, Платовы и Платоновы») .

Более того, как выяснилось недавно, Платов был похоронен на Пятницком кладбище в Москве вместе с членами семей Петра и Павла Ярославовых.

Это обстоятельство стало известным из следующей дневниковой записи Николая Павловича Ярославова

«Мой дневник остановился на смерти матери. За это время умерли 2-е Сергеевых, Николай и Никанор (Вероятно, отец Пантелеймона Никаноровича) и Елизавета Александровна Хытинская . Похоронили Платована Маховском участке, пришлось потеснить родителей Махова. Умер мой дядя Николай Николаевич…».

Стало известным также и то, что брак Павла Николаевича Ярославова с Анной Соколовой был вторым. «Так было написано в служебном списке Павла Николаевича при приёме на работу в Большой театр. Кто его первая жена, и были ли от неё у него дети, я не знаю» - пишет его правнучка Надежда - дочь Дмитрия Ярославова (Лунева)

Т.е. у Павла Николаевича Ярославова могли быть дети от первого брака в окрестности 1885 года рождения, поскольку брак с Анной Александровной Соколовой -Ярославовой заключен 26 сентября 1886 года, согласно её личным записям.

В таком случае, по возрасту, Евгений Платонович Ярославов и Дмитрий Платонович Ярославов, являются, скорее, ровесниками детей Павла и Петра Ярославовых.

Об этом можно судить, в частности, по данным Рыбинского архива.

«О родившихся. 22 апреля (1909 г) Мария.

Родители: колл.рег. Дмитрий Платонович Ярославов и Антонина Павловна.

Восприемники: казначей Василий Иванович Виноградов и жена чиновника Мария Николаевна Корзинина. Священник Валентин Иванович Стратилатов.

И.д.пс. Александр Романович Боровиков (РбФ ГАЯО. Ф.419. Оп.1. Д.145. Рыбинская тюремная церковь. Метрическая книга за 1906-1915 годы.

Л.78. 1909 год.)

В городе Сегеже, название которого созвучно Согожи - одной из пяти рек Пошехонья, в XX веке проживали Ярославовы из вологодских земель . Дедом, моей ровесницы и тезки, Натальи Ярославовой был Андрей Павлович Ярославов, год рождения которого можно отнести к началу XX века . По матери Наталья Ярославова из Виноградовых. Прадед Павел Ярославов также был дважды в браке, но по информации Ярославовых из Сегежи он был кровельщиком. Причем до брака с некой Костиной у Павла Ярославова уже были дети. Упомянула эту историю, в связи с повторением фамилии Виноградовы. Кроме того, эта ветка Ярославовых имеет отношение к Кемскому острогу Соловецкого монастыря. И этот факт гармоничен с тем, что Ионна Пошехонец вместе с Александром Мезенцем строили на месте моего рождения в с.Николо-Березовка монастырь в честь Преображения господня святых Соловецких чудотворцев Зосимы и Савватия, о чем ещё в 2007 году мною упоминалось в статье: «Никола Чудотворец - бессменный «премьер министр», главный «экономист и хозяйственник» Руси»:

«Связь иконы Николы Закамского с Ладогой и Новгородом, просматривается и по другим «историческим линиям». Из этих же земель (ладожский Север) в Николо-Березовку прибыли инок Иоанн Пошехонец и старец Александр Мезенец. Они построили недалеко монастырь в честь Преображения господня святых Соловецких чудотворцев Зосимы и Савватия. Мезенец Александр был старцем-монахом Саввина монастыря в Звенигороде, и самое главное, автором «Крюковой азбуки» (крюковых рукописей Соловецкой библиотеки), главным деятелем комиссии для исправления церковного пения «на речь» (Старообрядчество и «Новое направление»). Суть была и в возврате «русских мелодий», и в сохранении лидерства, так называемого, знаменного распева. «Знаменный распев - это действительно драгоценное сокровище нашей церкви; он - патриарх церковных распевов. Одно время позицию Александра Мезенца поддерживал царь Алексей Михайлович… Но позже был конфликт царя с Никоном, а Александр Мезенец оказался на Соловках»…

Слышала этот Знаменный распев в Кирилло Белозерском монастыре, на службе в день памяти Иоанна Предтечи, во время путешествия с Северную Фиваиду. Обратила внимание, что сохраняется Знаменный распев и в Виленских монастырях.

И, как уже неоднократно подчеркивалось, эта музыкальная тема имеет прямое отношение, как к истории Храма Рождества святого Иоанна Предтечи, так и одновременно - к истории Ярославовых, которые были хористами Чудовского хора.

Имя Иоанна Предтечи почти совпадает с именем Иоанна Пошехонца, хотя его часто именуют Иона Пошехонец, что в свою очередь, напоминает пророка.

В 1717 году на месте Свято-Троицкой пустыни Ионы в Пошехонье построили Троицкий собор, в котором и заключались браки Ярославовых, в частности Петра Николаевича Ярославова и Николая Николаевича Ярославова («Пошехонская старина и уединенные пошехонцы»)

Фамилии, упоминаемые в метрических записях о браках Ярославовых, этого Свято-Троицкого Собора, построенного на месте пустыни Ионы Пошехонца, помогли мне найти две очень интересные статьи о Пошехонье и Мышкине.

А эти публикации, в свою очередь, позволили составить представление: и о Свято-Троицком соборе, и о доме купца Шалаева - поручителя на свадьбе одного из Ярославовых.

В доме этого купца Шалаева, в настоящее время, расположено отделение Сбербанка . Недалеко - магазин Свешниковых, с которыми Ярославовы были в родстве. Одна из Свешниковых, вслед за Ярославовой (Клементьевой) и дочерьми, ушла в Горицкий монастырь опальных цариц (Софья Ивановна Кладищева - Свешникова дочь Веры Ивановны Ярославовой - Кладищевой)

Что касается статей о Пошехонье и городе Мышкин, то мне понравились следующие публикации.

«Пошехонье»

«Мышкин»

В Пошехонье, наряду с Троицким собором, особняком купцов Шалаевых, Гостинным двором и магазином Свешниковых я обратила внимание, конечно, на Церковь Успения Богородицы с колоннами…

Ещё много большие неожиданности ожидали меня в Мышкино .

Перечислю сначала его достопримечательности : дом купцов Столбовых, дом Чистовых (арх. Михайлов), Дом Сорокиных - Дом Порецких,Часовня св. Георгия Победоносца, Дом Томсона, Усадьба Т.В. Чистова (1830-1850-е гг.), Дом Смирновых 1909 г., часовня Флора и Павла (нач. XIX в.)

Ну и самое главное : Церковь Успения Пресвятой Богородицы архитектора И.Манфрини

С двойными колоннами !

В Мышкино!

Сюда же я отношу и удивительный храм Николы Чудотворца в городе Мышкин. В Пошехонье и Мышкине вообще храмы, соборы и церкви с колоннами… Есть и Вологде один такой собор с колоннами и вазами. Но он считается единичным и масонским .

Процитирую рассказ о «Церкви Успения Пресвятой Богородицы. И.Манфрини» господина Падунского, автора статьи о городе Мышкин.

Предварю это цитирование замечанием о том, что, с моей точки зрения, весьма важными являются вопросы, которые поставил автор. Ему видится в этом отсутствие логики, мне же видится это несколько иначе. Но как я уже сказала, сами вопросы и рассказ имеют большую ценность:

«Зодчий, Иоганнес Манфрини, был большой затейник. Он взял совершенно классический храм, с тремя портиками ионического ордера и элегантным ренессансным куполом, и приставил к углам 4 цилиндра, увенчав их, а заодно и купол, русскими старорежимными луковками.

Церковь начали строить в 1805-м, в год Аустерлица, а закончили в 1820-м, за год до смерти Буонапарте. Представьте: Александр I и Наполеон беседуют на плоту посреди Немана, а её строят; французы форсируют Березину, а её строят; русские казаки кричат «Быстро!» парижским трактирщикам, а её строят; союзники чудом выигрывают битву при Ватерлоо, а её строят, низвергнутый император на пустынном острове сокрушается, что не стал властителем Индии, а её всё ещё строят. Ух!

Из всех именитых мышкинских земляков самый дорогой сердцу русского человека, конечно же, Пётр Арсеньевич Смирнов. Помните, в начале эпохи второго русского капитализма появилась в магазинах знаменитая водка «Смирнофф»

каких только музеев нет в городе: мыши, лоцманов, старой техники, льна, валенок, П.А. Смирнова.

Даже вещи адмирала Ушакова отысканы, обласканы и показаны, хотя, казалось бы, какое он-то имеет отношение к Мышкину? Родился в Романовском уезде, снискал славу в южных морях, основал первую в новой истории греческую республику. (Счастливый: он видел Итаку..) Похоронен Ушаков в Санаксарском монастыре Тамбовской губернии; церковь во имя его стоит на самом краю православного мира,- в Черногории, в Херцег-Нови, на русском кладбище. И где здесь Мышкин?»

Что касается Черногории, то там - Филермская икона Божией матери - святыня Мальтийского креста, сохраняемая в монастыре, основанном монахом, имя которого, в свою очередь, хранит память о князе Константине (Василии) Острожском.

Греческая республика напоминает об Ипсиланти, «о Великой идее Греции» и замысле М.Ф.Орлова - сына Т.Ф.Ярославовой, описанном в статье:

«Великая идея (Греция), ложа «Палестина», Эрмитаж и Орден Почетного легиона … Михаила Орлова, спасшего Париж, «забыли» в ряду Героев войны 1812-1814 года».

Именно при работе над этой статьей, я раздумывала над заставкой сайта «Союз Русских эмигрантов Греции», где изображены А.Г. Орлов, Ф.Ф. Ушаков, О.К.Романова и С.И.Демидова.

Алексей Григорьевич Орлов и стоял у истоков «Мальтийского креста» в России. Он был дядей Михаила Федоровича Орлова . А его дочь Анна Алексеевна Орлова Чесменская имела отношения с Анной Ярославовой (урожденной Аксаковой) - супругой Николая Александровича Ярославова .

Совместное упоминание Анны Алексеевны Чесменской и Анны Ярославовой (Аксаковой) в контексте города Мышкин есть, к примеру, в следующей архивной записи:

«ЯГВ 1831 г. № 18 от 3 июля

О вызове лиц по делам. В Общее Присутствие Мышкинского Уездного Суда и Городового Магистрата:

Кредиторы покойного из Дворян Коллежского Регистратора Василья Матвеева Постельникова: Кашинский купец Александр Федоров Ветошкин и наследники умершего Угличского посадского Александра Фомина Шилова, Майорша Анна Ярославова, Флота Лейтенант Александр, девица Елизавета Николаевы Ярославовы и Флота Капитанша Ирина Николаева Куцина или их поверенные с указными доверенностями, по делу о взыскиваемых с Коллежского Регистратора Постельникова означенными: Купцом Ветошкиным и посадским Шиловым по заимным письмам за уплатою достальных денег 258 р. 27 коп.

И о проданной Майоршею Анною Ярославовою Графине Анне Алексеевне Орловой Чесменской Ратничей квитанции, выданной из Ярославской Казенной Палаты на отданного в рекруты крестьянина Герасима Иванова Шишкова, купленного ею с аукционного торга в Ярославском Губернском Правлении в числе прочего имения, принадлежавшего должнику Постельнткову».

С учетом фамилий, которые прозвучали в этом сюжете и на сайте о греческой эмиграции, а также принимая во внимание тот факт, что дочери Анны Ярославовой (Аксковой) были выпускницами Смольного института благородных девиц в Петербурге (10 выпуск),

СПИСОК воспитанниц Императорского Воспитательного Общества благородных девиц (вып. 1776-1914 гг..)

Выпуск 10, 1803 г.

№ 87 Ярославова Ирина Николаевна, дочь секунд-майора Николая Александровича.

№ 88 Ярославова Елисавета Николаевна

можно сказать, что продолжение этой истории, наряду с прочим, и в этой публикации:

«Пурпурный король: Бриллиант Орлова в скипетре русских императоров и Красные кавалергарды её величества»

Таким образом, мне здесь видится не столько масонство, сколько, то к чему был близок Михаил Федорович Орлов - глава «Ордена Русских Рыцарей», т.е. «Великая идея Греции», следы которой из Пошехонья, вслед за Ионной Пошехонцем уходят - на Каму…

Что же касается Пошехонья и города Мышкин, то, с одной стороны, в этой «Провинциальной Провинции» сохранена уникальная память о «Доме Богородицы», с другой стороны, мне видятся следы «вырождения масонства», в частности, в системе взглядов масона Николая Александровича Морозова, внебрачного сына помещика Мологского уезда, одного из создателей «Народной воли», имевшего отношение к истории «Мышкина».

«Он предлагал использовать террор постоянно в качестве регулятора политической жизни в России»

Т.е. в то время, когда последователи Корнилия Комельского говорили о нищелюбии, а казаки опекали Божедомки, проявляя милосердие ко всему живущему, этот «выродившийся масон» предлагал террор в рамках «Народной воли».

В данном случае, это полная противоположность тем взглядам, которые несли в мир казаки Запорожской Сечи, не редко становившиеся священнослужителями, как патриарх Ермоген и патриарх Иоаким - основатель храма Рождества святого Иоанна Предтечи на Пресне.

Продолжение следует…

Все материалы раздела «Финансы, банки, рубль, власть»

Реклама


© Авторские права на идею сайта, концепцию сайта, рубрики сайта, содержание материалов сайта (за исключением материалов внешних авторов) принадлежат Наталье Ярославовой-Оболенской.

Создание сайта — ЭЛКОС